Хавьер Моро - Индийская страсть

— Тебе нравится?

Анита не ответила. Похоже, она чувствовала себя так, будто находилась в волшебном замке. Она подошла к радже и обняла его.

— Я хочу, чтобы ты хорошо отдохнула и на свадьбе была в хорошей форме, — продолжал раджа. — Вообще-то, нам предстоит несколько дней празднования…

— Ты прав, mon chéri. Мне нужно хорошо отдохнуть… Знаешь почему?

— Путешествие было слишком долгим… Если бы я знал!

— Не из-за путешествия, а потому что… я ожидаю от вас ребенка, Ваше Высочество.

На лице раджи засияла улыбка. Он поднял москитную сетку, взял Аниту за руки и осторожно уложил ее на кровать.

— Это следует отпраздновать.

— Mon chéri , не сейчас… — забормотала Анита. — Мадам Дижон и Лола вот-вот приедут…

Но раджа ее не слушал. Он поднялся и приказал слуге закрыть дверь. А потом вернулся, чтобы обнять ее и осыпать поцелуями. Он шептал Аните слова любви, пробуждая в ней ощущения, которые она недавно познала. Взлетели вверх и упали на пол шпильки и нижние юбки, а драгоценные камни на кольцах раджи сверкали, как светлячки, на ночной тумбочке.

Анита Дельгадо в полной мере испытала на себе магию волшебной сказки. Желание сейчас было больше, чем в ту ночь в Париже, когда она отдалась в первый раз. Теперь она делала это без страха, не ощущая боли, с радостью, которую обещало ее чудесное приключение.

У нее уже было пять месяцев беременности; легкая округлость живота была едва заметна, но на всякий случай Анита приказала своей индийской служанке, чтобы та покрепче затянула на ней сари, когда она в него завернется. Это свадебное сари она примеряла впервые.

Когда Анита открыла коробку, которую занесли в ее комнату четверо мужчин, она была ошеломлена.

— Это мой свадебный наряд? — спросила она у мадам Дижон с явным разочарованием в голосе. Он ничем не напоминал белое воздушное платье, о котором мечтают испанские невесты. На самом деле это было даже не платье, а два отреза ткани.

— Как я надену его на себя?

— Не переживай. Сейчас придет служанка матери Его Высочества, чтобы помочь тебе одеться.

Анита не понимала, как это можно носить. Кусок материи размером шесть метров в длину и полтора метра в ширину. Она пощупала его пальцами и медленно осмотрела. Это был отрез шелка из Варанаси цвета красного мака с огромными розами, вышитыми золотом и серебром, с серебряной каймой, которая на одной из сторон достигала полуметровой ширины. Эту прекрасную ткань проще было бы представить на стене музея, чем на собственном теле.

Служанка матери Его Высочества, ая , как их называют в Индии, была пожилой женщиной с морщинистым лицом. Она была специалистом по прислуживанию знатным дамам. Служанка потихоньку обернула Аниту дважды, а на третий раз своими узловатыми пальцами сделала множество с кладок, которые расположились спереди в виде веера, чтобы молодая госпожа могла свободно ходить. Оставшуюся часть ткани она перекинула через плечо и, пропустив под мышкой, накинула на голову Аниты как вуаль, но таким образом, чтобы при движении она с нее не спадала. Анита посмотрела в зеркало. Сари подчеркивало ее элегантность и прятало растущий животик. Честно говоря, ей понравился облик восточной принцессы.

Астролог назначил день свадьбы на 28 января 1908 года. Сикхи, как и индусы, женятся в зимние месяцы, которые считаются у них благоприятными. Установленный день обещал счастливое соединение Солнца и Юпитера, что предвещало долговечное счастье супругам и возможность обзавестись по меньшей мере тремя детьми. Вот уже несколько дней к ним не перестают поступать подарки — от фигурок из инкрустированного хрусталя, миниатюр искусства периода Великих Моголов, выделанной шкуры тигра и настенных часов до банок с медом и сумок с красной чечевицей, подарки крестьян, почитавших Его Высочество. Больше всего восхитил Аниту подарок махараджи из Патиалы, соседнего с Капурталой государства. Это был олененок с большими женскими ресницами.

Первые дни пребывания на вилле Виопа Vista Анита посвятила тому, чтобы выспаться и приспособиться к своей новой жизни. К сожалению, она часто просыпалась из-за ночных кошмаров, которые ей снились. То ей казалось, будто ее разорвала на куски пантера, то она, вооруженная только иглами, боролась со скорпионом размером с ящик из-под галет. А все потому, что охотничьи истории, которые она слушала, произвели на нее очень сильное впечатление; к тому же Анита приехала с обычным багажом иллюзий, слишком возбуждающих воображение европейцев. Как и многие другие, она верила, что в Индии болезни лечат питьем, сделанным на основе порошка из единорога, что в этой стране есть растения, листья которых настолько огромны, что одним листком можно накрыть целую семью, что здесь встречаются алмазы величиной с перепелиное яйцо. Действительность, открывшаяся перед Анитой, оказалась более привлекательной, чем эти низкопробные легенды. Роскошь и утонченность двора раджи в Капуртале с его фантастическими зданиями и садами, где всегда журчит вода и воркуют голуби и где все окутано ароматом туберозы и гвоздики, любезность пенджабцев, прогулки вместе с мадам Дижон в экстравагантном ландо, которым управлял водитель, или в сопровождении двух слуг, одетых так же, как французские лакеи из Версаля (один из них носил зонтик, чтобы защитить ее от солнца, а другой ходил с опахалом, чтобы отгонять мух), — все это поражало воображение молодой испанки. Часто к ним присоединялись еще два конных копьеносца в серебряно-синей форме Капурталы. Вся процессия очень забавляла Аниту. Единственным ее огорчением было то, что она не могла поделиться этим постоянным восторгом ни со своей семьей, ни с мужем. Раджа расстался с ней до самого дня свадьбы, поскольку в Индии считают, что, если жених бывает с невестой до свадьбы, это приносит неудачу.