Рози Томас - Скверные девчонки. Книга 1

Они сели, глядя друг на друга, так далеко, что приходилось кричать. Это показалось им невыносимо смешным, и они смеялись так долго, что остыл вареный картофель.

После ужина они вернулись в гостиную, к огню камина, и сидели держась за руки.

— Ты когда-нибудь будешь жить здесь? — спросила Джулия.

— Когда-нибудь, — ответил он. — Когда умрет отец. Таково условие.

Теперь его обособленность, неприкаянность в Лондоне стали ей понятны. Здесь его настоящая жизнь. Может быть, даже его музыка не была настоящей до такой степени. Его жизнь — Леди-Хилл. Зависть снова кольнула Джулию. А что была ее свобода, что она значила, кроме того, что Джулия была выброшена на произвол судьбы?

Они поднялись на второй этаж. Александр провел ее в комнату для гостей. Он не пожелал ей спокойной ночи. Джулия разделась, почистила зубы и причесалась. Она сняла свой корсет и легла между холодными простынями. Александр постучал и вошел, дверь закрылась тихим щелчком. Когда он лег в постель рядом с ней, то показался каким-то незнакомым. Его тепло согрело Джулию, она перестала дрожать и повернулась к нему.

Блисс был нежным и осторожным с ней, возможно, даже больше, чем требовалось, и она была благодарна ему за это. С ним было хорошо заниматься любовью, и это открытие не слишком ее удивило. Так и должно было быть.

Позже, в темноте, Джулия в недоумении спрашивала себя: «Почему он выбрал меня для своей любви? Почему не Мэтти или другую девушку из «Рокет» или «Голубых небес»? Она размышляла о своей заурядности и ограниченности по сравнению с Александром.

И вдруг Джулия поняла: «Здесь ты не выбираешь. Я не выбирала Джоша. Это настигает тебя, и ты уже не в состоянии избавиться от чувства».

Александр лежал рядом, глубоко дыша и согревая дыханием ее щеку. Он обнимал ее.

— Я люблю тебя, — сказал он, словно подслушав ее мысли.

— И я люблю тебя, — ответила она, надеясь, что так и есть, что надежда может заставить ее полюбить.

Александр заснул. Джулия лежала неподвижно, голова покоилась на его плече, ей было хорошо и спокойно. Она обрела нечто устойчивое и постоянное. Ветер скрипел и стонал в вязах под окнами, она представила себе темный сад, окружавший дом.

Неоткрытая ей, неведомая территория. Земля Александра. Она протянула руку и нежно провела пальцами по его бедру.

— Я люблю тебя, дорогой, — тихо повторила она. Он безмятежно спал.

Утром они вышли в сад. На Джулии были резиновые сапоги леди Блисс. Дул сильный ветер, и разорванные облака быстро бежали по холодному синему небу. Джулия и Александр были в восторге и кричали, как дети. Они бегали по газонам, по лугам до тех пор, пока румянец не заиграл на щеках Джулии. Она медленно шла за Александром мимо роскошных цветочных клумб и слушала, как он перечислял названия всех растений, как будто служил молебен.

— Махония, магнолия, анемоны, форсиция…

Для Джулии они все были одинаковые, и она с удивлением смотрела на него.

— Ты еще и садовод?

Он рассмеялся.

— Если бы я им был, это больше устраивало бы отца. Нет, Чина — наш семейный садовод. Она возродила старый сад и создала большую часть этих клумб.

— Хоста, черемица, саликс, самбукус.

В березовой рощице, далеко от дома, они обнаружили «золотую» поляну. Желтые нарциссы дрожали и качались, расточая золото в мартовском холоде.

— Какая красота, — прошептала Джулия, глядя на них не отрываясь.

Блисс наблюдал за ней, пока она не обернулась, почти опьяненная цветением нарциссов и их тонким сладким ароматом. Они посмотрели на дом. Небо с бегущими облаками отражалось в его окнах, и казалось, что дом сам движется и плывет, как воздушный корабль.

Александр взял руку Джулии и крепко сжал. Ей показалось, что он ждал этого момента, долго ждал, терпеливо, с расчетом, которого она не замечала, и сейчас, в Леди-Хилле, решил, что время пришло. Она внимательно посмотрела на него, не замечая в это мгновение ни дома, ни сада. Она видела только его одного.

— Я хочу попросить тебя выйти за меня замуж.

Ветер подхватил его слова и разнес по всей земле. Дом казался еще величественнее и таинственнее. Джулия не потеряла рассудка, прохлада по-прежнему овевала ее лицо, а земля под ногами была твердой.

Она подумала: «Не меня. Ты должен был найти кого-то лучше меня. Такую же, как ты сам».

Она хотела сказать: «Я не могу выйти за тебя», но проглотила эти опрометчивые слова, как только они готовы были вырваться на волю. Джулия вдруг поняла, что Блисс любит ее, и начала сознавать важность этого. Любовь такого человека, как Александр, вернет ей жизнь. Она станет сильной, пустота исчезнет, и она не будет больше чувствовать себя заброшенным ребенком или плохой девочкой. Ей захотелось ответить взаимностью на его чувство. Она любила его, отчетливо сознавая, что это не имеет ничего общего с ее безумной страстью к Джошу. Сейчас было просто, ясно, удобно и хорошо.