Дебора Гордон - Бросая вызов

На обратной дороге от дома миссис Фуджимато Сит поинтересовался, почему Лаура приехала за ними так поздно. И нужно было что-то отвечать. Она поколебалась с минуту и решила поговорить с сыном, как с равным. Это могло выставить ее в самом невыгодном свете, но Лауре хотелось, чтобы дети поняли: она старается сделать все, что от нее зависит.

— Папа хочет вернуться к нам, — сказала Лаура, — и попробовать снова жить одной семьей. Я не думаю, что у нас это получится, что я смогу быть с ним счастлива. За несколько последних лет я очень изменилась и хочу, чтобы папа тоже стал другим. Чтобы он больше времени проводил с нами. Выполнял домашние обязанности. Он думает, что сможет. А я в этом сомневаюсь. И все-таки сегодня мы пошли к адвокату. Она мне очень понравилась. Ее зовут Таша Горович.

Сит взглянул на сестру. В ее жизни он был главным авторитетом, объяснявшим то, что ей было пока непонятно.

— Это как те ребята в «Растущей боли», Сара. Они разговаривают с тобой о твоих делах и помогают решить, как надо поступать. И родителям тоже. И целым семьям.

Сара кивнула:

— Я знаю. Эми иногда ходит со своими родителями к психологу. Она этого терпеть не может. Они все время друг на друга орут.

— Ну, мы-то не орали. — По крайней мере, очень громко. — Просто разговаривали.

— Правда, мам? — усомнился Сит.

— Ну, если только совсем чуть-чуть, призналась Лаура. — Слушай, мне бы очень хотелось сказать, что все прошло гладко, но это не так. Папа опоздал почти на час.

— Он слишком переутомился на работе, сказал Сит с циничным видом, больше подходящим для подростка, лет на десять его старше.

— Да. И потому я рассердилась, а потом рассердился и он. Таша дала нам дополнительное время, но все-таки это было не самое лучшее начало. — Лаура загнала машину в гараж. — Как насчет того, чтобы поужинать?

— Мы тебе поможем, мам, — ответил Сит.

Лаура благодарно улыбнулась, понимая, что он предложил помощь и охотно сменил тему, потому что понимал, что мама расстроена. Она понадеялась, что разговор исчерпан, но Сара снова вызвала ее на ковер, чуть не наступив на спящего Сэма. Она задала невинный вопрос:

— Если папа хочет вернуться домой, зачем ему другая квартира?

Алан забирал детей из Воскресной школы и по дороге домой показал им свою новую квартиру.

— Потому что он может и не вернуться, — сказал Сит. — Мама хочет, чтобы он научился хорошо себя вести. Ты что, не слышала?

У Сары навернулись слезы.

Чувствуя себя смертельно усталой и виноватой, Лаура сделала попытку успокоить дочь. В миллионный раз она проговаривала заезженную формулу, что «мама и папа любят тебя, даже если они не вместе».

Сара понимающе кивнула, но, согласно всем умным книгам по детской психологии, ее эмоции не изменились ни на йоту. Лаура поклялась, что они с Аланом изо всех сил постараются помириться. В такие минуты она чувствовала себя эгоистичным чудовищем, ставящим свое личное счастье превыше всего. Матери, по определению, должны жертвовать собой ради детей. Разве Дотти не говорила ей об этом сотни раз?

Лаура включила любимую Сарину программу по телевизору и попросила ее порезать сыр, надеясь, что работа отвлечет дочь от грустных мыслей. Сара выполняла задание медленно и методично, и Лаура не могла понять, то ли она расстроена до глубины души, то ли просто сосредоточена на резке сыра. Сит открыл консервы и кормил Сэма. Лаура разобрала сумку и попросила сына добавить в корм коту салата.

— Гамбургер сделает его счастливым, — сказала Сара, слегка улыбаясь. — Так мне сказала Тина. А ей — он, — Тина говорила по-кошачьи, а также на всех других языках, о которых только могла иметь представление Сара.

— А тебя гамбургер развеселить может? — спросила Лаура. — Настолько, чтоб ты улыбнулась и обняла свою мамочку?

Сара кивнула, просияла и обняла Лауру. Сэм уплетал свои консервы. А Сит, почуяв, что мать в хорошем настроении, уговорил ее пойти после ужина за мороженым.

Лаура почитала детям на ночь несколько глав из «Паутины Шарлотты» и уложила их спать. Несмотря на плохое начало, вечер удался на славу: Лаура пребывала в состоянии сладкого умиротворения, когда не хочется отходить от детей. В такие моменты особенно остро ощущалось отсутствие отца, а еще — друга и любовника, с которым можно было бы поговорить и заняться любовью, когда дети уснут. Лаура вдруг поняла, что у нее никогда, даже до Каролины, не было полноценного семейного счастья. Но Лаура так страстно стремилась к нему, что злость, вспыхнувшая в кабинете у Таши, начала улетучиваться.