Дикси Браунинг - Одиночество не для них

А когда, завернувшись в полотенце, открыла дверь - охнула и прижала сползающее полотенце к груди.

- Ты что здесь делаешь? Ты должен быть в лесу!

- На болоте, - поправил он. - Приехал за продуктами.

- Сюда? Не уверена, что здесь можно что-нибудь купить, но ты спроси у Клемми.

- В городе остался мой грузовик. Не подбросишь меня?

Жасмин закатила глаза.

- Ну, началось! Если я повезу тебя в Колумбию или где ты там оставил машину, то что ты будешь делать с лодкой? Оставишь здесь? И как же тогда доберешься до лагеря?

Вместо ответа он прислонился к стене, скрестил руки на груди и уставился на нее удивительными синими глазами, которые так мало подходили к его суровому, словно высеченному из гранита лицу. Она заметила, что он причесался. Однако так и не побрился. На героя фильма он совсем не тянул; и все же Жасмин не сомневалась: если в ее жизни должен быть герой, то это он, и только он.

Точнее, он мог бы стать ее героем, если бы по-другому сложились обстоятельства...

- Знаешь, Лайон, - заговорила она, старательно выдерживая равнодушно-беззаботный тон светской беседы, - ты ведь так и не рассказал, кто ты такой, чем занимаешься и что делаешь на болоте.

- Как так? Рассказал, конечно. Ищу свои корни. Разве не помнишь?

- Это мистер Уэбстер рассказал, а не ты. Разве не помнишь? - передразнила она.

Лайон пожал плечами, даже не моргнув. Интересно, подумала Жасмин, когда у него на самом деле прошла спина? В первый день он ее не обманывал, а вот потом...

- Мое имя и фамилия тебе известны.

- Опять-таки не по твоей милости, - напомнила она.

- Постоянного адреса у меня нет. Что же касается работы, в данный момент я безработный.

- Не верю.

Он вздернул бровь.

- Твое право. Я не лгу.

Жасмин не стала спорить. Что толку? Все мужчины ей лгали. И ее отец. И Эрик. Словами, делами, умолчаниями - врали все.

Лайон врет и тем, и другим, и третьим способом. Врет и тут же нагло отпирается. Мало того ему все равно, раскусит она его ложь или нет.

- Ладно, я отвезу тебя. Но обратно в мотель возвращаться не буду.

- Если у меня будет грузовик, - ответил он терпеливо, словно увещевал очень маленького и очень глупого ребенка, - обратно я доберусь и без посторонней помощи.

Это разъяснение стало последней каплей.

С самого утра, когда Жасмин проснулась в объятиях Лайона и услышала загадочное жужжание, события развивались слишком быстро и у нее не было времени подумать.

Но теперь она вдруг почувствовала, что больше так не может. Ну почему у нее все наперекосяк? Почему она такая неудачница? Почему не понимает самых простых вещей? Почему вечно вляпывается в какие-то идиотские истории? И так всегда, за что бы она ни взялась! Всю жизнь! Всю жизнь!

И с чего она взяла, что теперь все изменится?

Ее глаза заволокла радужная пелена, и по щекам хлынули слезы. Жасмин охнула и прижала к глазам угол полотенца.

Скрипнули деревянные доски пола, и послышался деликатный щелчок закрываемой двери. Это окончательно подкосило ее. Она зарыдала в голос, всхлипывая и захлебываясь слезами, словно двухлетний ребенок.

Лайон сел в кресло, осторожно усадил ее к себе на колени и принялся ласково поглаживать ее по обнаженной спине - полотенце у Клемми оказалось короткое, на все тело его не хватило.

- Ну, не надо, не надо, - бормотал он, и Жасмин подумала, что ему, наверное, никогда еще не приходилось утешать плачущую женщину.

- Все хорошо, - успокоила она человека, который пытался успокоить ее. - Я тебе рубашку намочила...

- Ничего страшного, ее давно пора стирать.

- Попрошу Клемми, чтобы выстирала ее вместе с моими вещами.

Она выдавила из себя смешок.

Лайон спустил ее с колен, а в следующий миг, сами не понимая как, оба они оказались на кровати. Жасмин по-прежнему обеими руками прижимала к себе полотенце. Лайон провел рукой по ее едва прикрытому полотенцем бедру.

- У тебя мурашки по коже.

- Холодно.

- А что ты думала? На дворе февраль. Оба они готовы были говорить что угодно только не то, что просилось на язык. Жасмин потянулась за одеялом.

- Скоро март. Уже почти весна.

- Ты спрашивала, чем я занимаюсь. Работаю на федеральное правительство.

- Кем? Почтальоном? Сборщиком налогов?

- Разбираюсь с разными неприятностями.

- Вот как? И с чем ты разбираешься на болоте?

- Жасмин, тебе незачем знать все неприглядные подробности моей работы, ответил он, натягивая на нее одеяло.

Вот так. "Незачем". Иными словами: "Валика ты отсюда!"

- Понимаю, - отвернулась она. - Спасибо, что напомнил, где мое место.