Дебра Кент - Дневник В. Разрыв

Увидев сбитый замок и разбросанные вещи, папа упал в обморок. Ударился о крыльцо и разбил передний зуб. Мама, причитая и охая, позвонила по 911, тамошний диспетчер вызвал полицию и врача.

Когда приехали медики, она уже привела отца в чувство и отправила их обратно. Полицейские осмотрели дом, ничего существенного не обнаружили и позвонили мне. Всю дорогу я неслась на красный свет. К моему приезду полисменов уже не было, папа уснул, а мама заваривала чай с жасмином и мятой. У двери возился слесарь, меняя дешевый старый замок на новый. Рядом лежал засов.

— Полиция считает, это здешние мальчишки. — Мама достала чашки из шкафчика. Глаза у нее были заплаканные. — Говорят, они, скорее всего, искали наркотики, болеутоляющие. Такое случается иногда. Пронюхают, что кто-то умирает…

Слово было сказано. Раньше никто из нас не говорил, что папа умирает. Раньше мы говорили только о временных ухудшениях.

— Чш-шш, — зашипела я на нее. — Услышит еще.

— Это уже не важно, дочка… — Мама печально улыбнулась.

Пахло дряхлостью, несвежим бельем. Поглощенная заботой о папе, мама перестала следить за собой. Ногти поломались, в рыжих волосах появились седые пряди. Больно видеть папу таким разбитым, но еще мучительнее видеть такие перемены в маминой внешности — внешности женщины, которая и подумать не могла о том, чтобы выйти из дому без макияжа. Даже к ящику за газетами. Я смотрела, как она моет чашки у раковины, на ее расплывшуюся талию, опущенные плечи и старалась думать о чем-нибудь другом.

Только мама опустила чехол на чайник, как зазвонил телефон.

— Не бери трубку, — сказала я, — пусть автоответчик сработает.

Она не согласилась: вдруг это полиция или папин доктор?

— Простите? — раздался ее голос.

Я обернулась. На лице у нее было недоумение.

— Кто это? — спросила она, и я почему-то поняла, что звонок относится ко мне.

— Кто это, мам? Что ему надо?

— Не знаю. Ошиблись, наверное. — Она налила мне еще чашку. — Мужчина какой-то.

— Мама, что он сказал? — У меня сердце упало.

— Говорит: «Скажите вашей дочери, я нашел все, что искал». Ошибся, да?

Я бросилась наверх, лихорадочно дернула дверь и ворвалась в комнату. Сейф. Сейфа нет! Золото пропало. Я кричала и плакала, рвала волосы, одежду. Пол закачался под ногами, навалилась душная безнадежность. Не оттого, что пропало золото, — человек, бывший моим любовником, вломился в дом умирающего и стащил сейф своими грязными лапами! Я рассказала маме о своих подозрениях. Она чуть ли не с отвращением посмотрела на меня, скрестила руки на груди и прошептала:

— Во что ты вляпалась, Вэлери?

Я чуть снова не заплакала, как пристыженный ребенок. Мама настаивала, чтобы я позвонила в полицию, но что я могла им сказать? Что мой бывший любовник украл золотые слитки, которые я сама стащила у своего почти уже бывшего мужа? Я сказала маме, что сама разберусь. Потом помогла ей убрать разгром в доме, уложила в постель рядом с папой и захлопнула за собой дверь. Забралась в джип, стоявший на дорожке перед их домом, заперла все дверцы и долго сидела в нем.

На сегодня все.

В.

Проснувшись, первым делом вычислила, что браку моему придет конец меньше чем через двадцать четыре часа. Вроде бы должна прыгать от радости, но на самом деле чувствую себя как змея, вылезающая из кожи. Чтобы развеяться, направилась в тренажерный зал — физические нагрузки снимают нервное напряжение. Взяла потрепанный журнальчик, нашла свободную «бегущую дорожку». Через девять минут и четырнадцать сброшенных калорий на соседний тренажер взобрался Бен Мерфи. Одарил меня одной из своих нечаянных светлых улыбок.

— Ты заметно поздоровела, — сказал он.

У нас в семье «поздоровела» означает «растолстела», но я надеюсь, что Бен употребил это слово в его первоначальном значении.

Бен Мерфи похож на соседского ретривера. Каждый раз при виде меня светится идиотским счастьем. Он рассказал, что этим летом они с сыном отправятся в путешествие по стране — посещать места исторических сражений. Лично я даже представить себе не могу худшего способа провести отпуск, но у меня хватило совести не сказать об этом Бену.

— Это будет настоящее приключение, — сообщил он, легко достигая 5,9 мили в час (я показывала 3,5 мили в час и уже начинала пыхтеть). — Сначала мы поедем посмотреть на место сражения Мурс-Крик в Северной Каролине, потом, может, заскочим в Национальный мемориал братьев Райт — все равно по дороге. В Южной Каролине посмотрим поле битвы при Копенсе, где британцы наступали на ополчение Пикенса…