Лесли Пирс - Куколка

Она заметила выемку на одеяле, где лежало тело Фальдо, уловила запах его бриолина и пота. Девушка хотела поплакать о его безвременной кончине — ведь она многим была ему обязана, — но была слишком зла на него, потому что он ушел от нее вот так.

Бэлль вспомнила рассказ Сюзанны о том, как на ней умер клиент. Как и с Фальдо, с ним случился сердечный приступ. Но когда Сюзанна рассказывала эту историю, все казалось очень смешным. Сюзанна даже призналась, что порылась в бумажнике клиента до прихода врача и разжилась сотней долларов.

Легко было смеяться над постыдной смертью в неподходящем месте, когда речь шла о постороннем человеке. Сюзанна уверяла, что большинство мужчин, если бы могли выбирать, как им умереть, выбрали бы именно такую смерть. Она пошутила, что хотела послать на его похороны цветы и открытку с надписью: «Я обещала показать тебе рай!»

Но даже если бы сейчас рядом с Бэлль были остальные девушки, она знала, что не смогла бы найти в смерти Фальдо даже намека на веселье. Он был непростым, противоречивым человеком, а сегодня ночью — настоящим животным. Он уверял, что ему нужно ее сердце. Тогда почему же он так ужасно к ней относился?

Неужели с мужчинами всегда так? Они хотят обладать женским телом, но им нет дела до души, и никогда они не увидят в ней никого, кроме проститутки.

Бэлль легла на кровать и укрылась одеялом. Неожиданно ее осенило: меньше всего сейчас ей стоит рассуждать о том, что думают о ней мужчины. Она почти нищая. Тех нескольких долларов, что платит ей мисс Фрэнк, на жизнь не хватит. Как только закончится срок оплаченной аренды, явится хозяин и заявит права на дом. И где ей прикажете жить?

Марта не позволит ей устроиться ни в один приличный бордель. Остаются только отвратительные публичные дома на Робертсон-стрит.

Бэлль охватила паника. Что же ей делать?

— Вот так-то, мисс Фрэнк. — Голос Бэлль немного дрожал, потому что она видела, как напугана пожилая женщина услышанным. — Я подумала, что должна рассказать вам всю правду, ведь вы были так добры ко мне.

Она глаз не сомкнула, думая о своем будущем. Больше всего ей хотелось бежать — побросать все свои пожитки в чемодан и сесть на первый же поезд из Нового Орлеана. Но слабенький голосок здравого смысла шептал: «Куда ты намерена ехать? Трудно начинать все с нуля в чужом городе, где ты никого не знаешь».

Этот же здравый смысл посоветовал ей пойти к мисс Фрэнк и все ей рассказать. Бэлль решила, что, поскольку пожилая дама была очень добра к ней, она может согласиться сказать полиции, что ее помощницу зовут Энн Талбот, если они станут об этом спрашивать. Бэлль полагала, что сможет остаться в Новом Орлеане, если в свободное время будет подрабатывать официанткой.

— Вы полагаете, я готова солгать полиции, что знаю вас как Энн Талбот?! — воскликнула мисс Фрэнк, тут же переходя на официальный тон.

Бэлль услышала недовольство в ее голосе, и внутри у нее все затрепетало. Когда во время своего признания она видела ужас на лице мисс Фрэнк, она ошибочно решила, что женщина поражена тем, сколько Бэлль довелось пережить. Но сейчас стало ясно, что шляпница не испытывала к ней ничего, кроме отвращения.

— Я не прошу вас обманывать. Я работала у вас, и мне кажется, не важно, под каким именем вы меня знаете, — продолжала уговаривать Бэлль.

— Для меня это имеет огромное значение! — отрезала пожилая дама. — Никто не называется чужим именем, если не замышляет ничего дурного.

— Но я уже объяснила вам, почему мистер Рейс заставил меня назваться чужим именем и как я оказалась в Новом Орлеане. Неужели вы полагаете, что я недостаточно настрадалась? Если бы подобное случилось с вами, неужели вам не захотелось бы выпутаться из сложившейся ситуации во что бы то ни стало?

— Я не верю, что у вас не было выбора. Мне кажется, вы сбились с истинного пути, а потом сочинили сказочку, чтобы сделать из себя жертву, — сухо произнесла мисс Фрэнк. Ее маленькое личико стало суровым. На нем отразилось негодование. — И еще я не верю, что этот мужчина, который вас содержал, скончался от естественных причин. Только не теперь, когда ваш синий подбородок свидетельствует о том, что вы дрались! Но даже если оставить без внимания эту сторону дела, что станет с моим магазинчиком, если покупатели узнают, кто вы? Они и шагу не ступят в мой магазин! Не говоря уже о том, что никто не примерит ни одной шляпки, к которой вы прикасались.

Бэлль чувствовала себя так, как будто ее ударили под дых. Она не подумала о том, что ей могут не поверить, и меньше всего ожидала, что мисс Фрэнк увидит в ней только проститутку, от которой нужно держаться подальше, как от прокаженной.