. Diurdana - Спаси меня

- Лера, - он гладил ее по волосам, - не плачь, я не стану сажать тебя в камеру.

Но девушка рыдала и не могла успокоиться.

- Вадим, - она обняла его за талию, - я больше так не могу. Я устала. Я не хочу жить, не хочу! Помоги мне, пожалуйста, Вадим. Спаси меня! Вот посмотри, - она отстранилась от него и задрала рукава кофты, демонстрируя наполовину исколотые руки, - посмотри! Что со мной дальше будет? Что я наделала с собой!

Вадим смотрел на нее. Спасать наркоманку от зависимости – дело неблагодарное, сложное и долгое. Но ведь он искал ее все эти дни, чтоб помочь. Предложить свою помощь, еще не зная, что у нее случилось. А сейчас, когда она просит о помощи сама, разве он может оттолкнуть ее? Тогда эта девочка пропадет. И разве то, что он узнал о ней как-то повлияло на те чувства, которые он к ней испытывал?

Он поможет ей, и они начнут все с начала.

- Пойдем. – Он опустил рукава кофты и взял ее за руку.

- Куда?

- Ты просила меня помочь?

- Да.

- Тогда пойдем. Или ты мне не доверяешь?

Лера послушно последовала за ним.

- Вадим Аркадиевич, - его окрикнул охранник, - куда вы уводите задержанную?

- Игорек, скажи Сергею, чтоб выбросил заявление на эту девушку.

- Но как же….

- Молча, Игорь.

Мужчина обнял Леру за плечо и вывел на улицу. Там он посадил ее в свою машину.

*

За окном машины мелькали деревья, с которых еще не облетели желтые листья. Куда Вадим вез ее он так и не сказал. Почему она чувствует доверие к этому незнакомому мужчине. Да, они провели вместе ночь, но он остался для нее незнакомцем. Почему он помогает ей? Почему она просила его о помощи? Что вообще на нее нашло? Почему ей так нравится сейчас смотреть на него?

Машина остановилась у высокого забора.

- Где мы? – спросила Лера, когда они вышли из машины у трехэтажного серого здания.

- Там, где тебе помогут. Это реабилитационный центр, Лера. Слышала о таком?

- Слышала. Но у меня нет денег….

- Об этом не волнуйся. Врач этого центра, тот что занимается такими же проблемами, как твоя – мой хороший друг. Пойдем.

Вадим привел ее в ординаторскую.

- Вот. – Сказал он доктору, обмениваясь с ним рукопожатием.- Это та самая Валерия, насчет которой я тебе сегодня звонил.

- Привет, Валерия. – Доктор изучающее смотрел на нее. – Меня зовут Глеб Витальевич. Я буду лично заниматься твоей проблемой. Вадим, - он обратился к спутнику девушки, - ты можешь быть свободен.

- Я провожу ее до палаты.

- Конечно.

Лера пошла за медсестрой, которой поручили показать ей, где она будет жить. Вадим шел рядом, и его рука обнимала её за плечо. В палате их оставили одних.

- Ну, я пойду, Лера.

- Ты придешь? Мы еще увидимся?

- Конечно. – Он смотрел в ее глаза. – Я буду приезжать к тебе. Часто. Только ты держись, Лера. Не сдавайся, ладно?

Вадим еще раз обнял ее. Он вспомнил, как сжимал ее в объятиях той ночью, когда они были вместе и не смог отказать себе в желании поцеловать ее. Лера ответила на его поцелуй, словно только и ждала его. Ее беспомощность, беззащитность и ранимость так заводили его, что он готов был опрокинуть ее на кровать прямо здесь и сейчас. А потом согреть, укрыть от всех забот в своих объятиях. Но мужчина сдержался. Все будет, но не сейчас.

- Пока, Лера…. – он ушел.

Лера смотрела на дверь, которая закрылась за ним. Потом она устало опустилась на кровать. Сейчас она справится. Вадим хочет быть с ней. Это главное. Она должна стать лучше. Она должна избавиться от своего порока.

Через несколько минут к ней зашел ее врач. Он объяснил ей концепцию ее лечения, а потом вышел и запер за собой дверь.

*

Глеб подошел к посту, намереваясь описать медсестре процедуры, которые необходимо было сделать Лере немедленно, когда ему позвонила жена и сказала, что кажется у нее начались роды. Ребенок у Оксаны лежал неправильно – ножками вниз и эти самые предстоящие роды сильно волновали мужчину. Он заметался по больнице, из головы его вылетело все, что не касалось любимой. Он бросил все свои дела и помчался в роддом.

А Лера осталась запертой в своей палате без всех необходимых и спасающих от ломки процедур.

К вечеру девушка снова начала испытывать нервное раздражение, свидетельствующее о том, что действие наркотиков закончилось. Она злилась на себя, на Вадима, упрятавшего ее сюда, на врача, пообещавшего ей помощь, и видимо забывшего об этом.

Она мерила шагами свою палату взад-вперед и не притрагивалась к еде, которую привезла на ужин медсестра в сопровождении санитара.