Тасмина Перри - Папины дочки

Для того чтобы интерес публики не угасал, необходимо подпитывать его новыми любопытными фактами — например, фотографиями, на которых была бы заметна ее беременность. Ей хотелось, чтобы люди вновь заговорили о ней, и лучшего шанса, нежели предстоящая свадьба подруги Элмора, вряд ли можно было ожидать.

Элмор прекрасно знал, о чем она думала. Будучи публичным человеком, он не сомневался, что Серену, как и любую звезду любой величины, преследует извечный страх оказаться вне поля зрения общественности.

— Мелисса недурна собой, но рядом с тобой она будет сильно проигрывать. Ты выглядишь сногсшибательно, несмотря на то что я всегда считал белый цвет немного скучным.

Серена фыркнула. Белое шелковое платье сидело идеально и скрывало беременность благодаря классическому греческому покрою. Из украшений она выбрала тонкую освежавшую ее лицо жемчужную нить и широкий золотой браслет на предплечье. На ногах были бронзового цвета сандалии, ремешки которых изящно обвивали лодыжки. В таком виде она напоминала небожительницу с Олимпа.

— Между прочим, на мне даже белый выглядит ярким.

— Какая же ты обидчивая, — улыбнулся Элмор, взяв ее за руку.

«Шато д’Ор» считался одним из самых роскошных ресторанов-отелей в Англии. Зал, после ремонта отделанный мрамором, обычно арендовали только очень богатые знаменитости и только в случае, если статус события можно было охарактеризовать как грандиозный. Существовало немало мест, которые можно было бы отнести к более респектабельным, но «Шато» побивал все рекорды, когда речь заходила о «вызывающем блеске». Сюда съезжалась богатая молодежь со всей Европы. Мелисса и Роберт пришли к выводу, что именно этот ресторан достоин стать местом их свадебного торжества. «Шато» действительно производил чарующее впечатление. Его башни из серого камня устремлялись в прозрачное осеннее небо. Церемония должна была состояться в просторном зале, украшенном экзотическими цветами, в глубине которого стоял вырезанный изо льда причудливый вензель из инициалов жениха и невесты.

Гостей со стороны невесты и со стороны жениха отличить было не сложно: первые благоухали причудливыми ароматами духов и были разодеты в наряды от «Роберто Кавалли» и «Дольче и Габана», в накидки из леопардового меха и шляпы с перьями; вторые были затянуты в чопорные черные костюмы или серые тройки, напоминавшие школьную форму или униформу банковских служащих. Как только Серена появилась в зале, все объективы обратились ней. Хотя почти никто из гостей не мог похвастаться личным знакомством с ней, все были наслышаны о ее истории и тут же уставились на нее с неприкрытым любопытством.

Не слишком обрадованная такой бесцеремонностью, Серена тем не менее отметила, что смогла произвести на собравшихся сильное впечатление. Остановившись в стороне, она смерила жениха оценивающим взглядом. Ему всего тридцать три, но слишком серьезное выражение лица его старило, а прическа провинциального адвоката придавала ему унылый и банальный вид. Однако фигура у него была крепкая. Должно быть, он тратил на ее поддержание все свободное от работы время. Он явно был влюблен в Мелиссу и гордился тем, что выбрал в жены ослепительную красавицу. Она же приобретала статус замужней дамы, который для модели в определенном возрасте начинает значить немало.

Наконец под музыку Пола Уэллера Мелисса медленно поплыла через зал навстречу Роберту.

— Господи, что на ней надето! Что это за тряпье! — прошипел Элмор. — Она же обещала мне одеться со вкусом!

Платье Мелиссы из белой органзы было слишком пышным, бант, который подчеркивал завышенную линию талии, казался нелепым, а длинная фата напоминала о нарядах средневековых принцесс, влачивших за собой двадцатиметровые шлейфы. Вдобавок ее темные волосы, довольно длинные и завитые, были уложены в такую высокую прическу, что издалека она напоминала папскую тиару. Элмор неодобрительно качал головой, глядя на это зрелище.

— В стиле Али-Бабы, — хихикнула Серена. — Может, она хотела разыграть героиню фантастического фильма?

Удовлетворенная своей очевидной победой над соперницей, Серена спокойно продолжала следить за церемонией. Конечно, она бы не опустилась до такой безвкусицы. Такой роскошный отель, а платье как у лавочницы! Но где-то в глубине сердца Серены пробуждалась зависть: ведь в отличие от Мелиссы она не могла похвастаться удачным замужеством. Ее мечты — с триумфом пройти в свадебном платье сквозь толпу, провожающую ее восхищенными взглядами, — потерпели крах. Когда счастливые Роберт и Мелисса, держась за руки, шли мимо гостей, бросавших им цветы, Серена инстинктивно прижала руку к животу. В эту минуту она слишком остро ощутила свое одиночество. Элмор, стоявший рядом, осторожно тронул ее за локоть.