Тасмина Перри - Папины дочки

Венис посмотрела на него и твердо ответила:

— Не можем, потому что меня ждет Джонатан. Я чувствую себя лгуньей. Мне приходится обманывать даже моих сестер.

Она быстро вытерлась полотенцем, словно стараясь стереть со своего тела следы его ласк.

— Я понимаю, что не прав. Но я не могу без тебя. Мы оба рано или поздно окажемся в кругу сплошных неприятностей. — Он горько улыбнулся.

Венис подошла к нему и погладила по загорелой спине. Ей все время хотелось задать ему вопрос, который мучил ее еще с момента их первого объятия в Севилье.

— Джек, скажи, что ты во мне нашел?

Он тихо засмеялся и, обхватив ее за талию, притянул к себе.

— Что я нашел в тебе? — Он задумался на минуту. — У тебя красивый нос.

Она посмотрела на него с обидой.

— Шучу! Но нос у тебя все равно красивый. Иди сюда.

Она опустилась рядом с ним. Ее тело источало дурманящий запах, а губы были цвета спелой земляники.

— Вэн, ты очень красивая, сексуальная, талантливая женщина. Ты постоянно занята своей любимой работой, и я подумал, что, может быть, смогу доставить тебе радость, которую ты не отвергнешь. Не знаю, удалось ли мне это.

Венис слушала его молча. Все это было так неправильно, так порочно, но голос и весь вид Джека действовали на нее магнетически, она не могла сопротивляться ему. Он дал ей возможность почувствовать себя живой, счастливой — настоящей женщиной; он веселил ее, старался, чтобы ей было хорошо. И ей нравилось его общество, нравилось разговаривать с ним. Она закрыла глаза и представила себе лицо Джонатана. Нет, все это плохо, очень плохо. Джек Кидман грозил разрушить ее жизнь. Он был просто каким-то ящиком Пандоры, подсунутым ей самой судьбой.

Вечер должен был проходить в пентхаусе отеля «Монумент» в Сити. Самый большой пентхаус в Лондоне открылся всего неделю назад, и их презентация была первым мероприятием, которое разрешили провести там бесплатно в рекламных целях. Гостей проверяли по списку очень тщательно, чтобы не проник кто-либо посторонний. Кейт предпочла бы какое-нибудь другое место, более престижное, но денежный вопрос по-прежнему оставался актуальным и ей пришлось согласиться на вариант с пентхаусом.

— Неплохое местечко, — заметил Ник, выходя из лифта в атриум пентхауса, где Пит Миллер, арт-директор, велел повесить огромный плакат с изображением первого номера «Сэнд». Обслуживающий персонал отеля в костюмах от «Армани», был прекрасно вымуштрован и привык вести себя незаметно. В красивых канделябрах горели свечи, подносы ослепительно сверкали, и бар был оформлен очень элегантно.

Кейт и Ник прошли по всем комнатам, поражаясь неожиданно роскошной обстановке. Стены были отделаны японской вишней, черные кожаные диваны расставлены так, чтобы как можно больше пространства было свободным, а с огромного балкона открывался великолепный вид на город. Однако что-то в дизайне пентхауса было сугубо мужское, его рассчитывали в дальнейшем использовать для мужских деловых встреч.

Ник открыл стеклянную дверь и вышел на балкон. Теплый ветерок июньского вечера повеял ему в лицо. Прямо перед ним расстилался город, мало чем отличавшийся от Нью-Йорка. Это был своего рода Нью-Йорк в миниатюре — те же самые высотки, те же башни мостов, та же суетная жизнь мегаполиса.

К нему подошел мужчина средних лет в черном костюме и представился менеджером отеля.

— Мы рады, что вы выбрали наше помещение, — сказал он с явным восточноевропейским акцентом. — Если что-нибудь понадобится, прошу вас, сообщите немедленно. Меня можно найти в комнате номер двадцать два пятьдесят три. А ваша сестра Серена приедет сегодня? — спросил он, обратившись к Кейт.

— Должна быть, — ответила Кейт, любезно улыбнувшись.

— Серена приедет? — удивился Ник, пригубив бокал шампанского.

— Конечно, должна приехать, она же моя сестра.

— А Том?

Кейт посмотрела на него с укором.

— О да, он тоже приедет, — спохватился Ник, — он ведь мой лучший друг. Кстати, он ночует в отеле. Он тоже спрашивал, будет ли Серена, и я обещал позвонить, если она приедет.

— Господи, как малые дети, — проворчала Кейт, — прячутся друг от друга.

— Том придет вовремя, — пообещал Ник, — но я подумал, что вообще-то сегодня не совсем подходящий день для воссоединения; в присутствии ста пятидесяти гостей и прессы это будет несколько экстравагантно.

— Я не хотела ничего говорить ей о Томе. У нее столько проблем в последнее время, она так издергана.

— О, Кейт! Вы выглядите фантастически! — воскликнула Вики, редактор отдела моды.