Анна Андрианова - СердцегрыZы

Никита рассказывал про себя, прикрываясь ширмой героя, которого они только что выдумали. Чем больше он говорил, тем интереснее, тем ближе казалась ему эта «глупая девочка». Казалось, ее глаза понимали, разделяли.

Никита становился более понятным Кристине. Человеческим, натуральным, живым, таким же хрупким и уязвимым, как все люди.

— Какая она — его идеальная женщина? — потирая глаза, спросила Кристина.

— Та, которая понимает, такая, которую он уважает. В ней есть что-то такое… Наверное, это достоинство, ум, какая-то женская сила, граничащая со слабостью. Она должна иметь власть над мужчиной, но он не должен этого замечать.

— Ой, я заняла у вас столько времени! Спасибо, спасибо, Никита, вам огромное. Мы еще встретимся? — «Личная жизнь — отдельная тема. О ней стоит говорить в другой обстановке».

— Если тебе это понадобится — конечно. Может, давай уже «на ты»? — расширять грани и стирать границы иногда очень просто, благодаря слову «ты».

— Давай. Тебя, наверное, мама называла Ник или Ники. Женщины любят уменьшительно-ласкательные имена.

«Мама для мужиков — это святое…»

В детстве человек не боится ничего. В юности считает, что храбрее и умнее всех. С годами безумство переходит в псевдомудрость, инстинкт самосохранения ограничивает возможность получения фана от жизни. Это эволюция человека. В шестнадцать тебе кажется, ты можешь все, в восемнадцать найдутся люди, способные отговорить тебя от рисковых идей, в двадцать ты понимаешь, что такой же, как все. Ты начинаешь бояться, оберегать себя. В двадцать пять все мечты кажутся иллюзорными, цели недостижимыми, ты осознаешь себя букашкой на теле огромного мира. В этот момент заканчивается все. Если, конечно, ты не стал байкером, каскадером, игроком или экстремалом. Выбор подобного пути помогает понять, что риск — это не только безграничная любовь к каждой минуте жизни, но смелое «наплевать» моменту смерти.

Страх — глупая, придуманная людьми штука, чтобы жизнь не казалась сказкой.

Многие говорят: «Не стремись попасть в высшую лигу, она для избранных. Тебе не туда. Кто тогда будет в низшей, если все захотят устроиться в высшей?» Благодаря таким людям ты перестаешь надеяться на то, что ты избранный. А зря. Потому как избранные все!

— Ты же голубой, блин! Как ты можешь тусоваться с байкерами? Точнее, нет. Как они могут тусоваться с тобой? — Кристина никак не могла понять, зачем Валя теперь ходит в кожаных штанах, воздухонепроницаемой куртке с надписью Honda и тащит ее куда-то к каким-то непонятным людям.

— Главное — быть человеком. Тогда с тобой все люди будут общаться! Все очень просто, Крис!

Валя не обижался на глупые и иногда обидные вопросы Кристины. Она была искренним человеком. А искренность и открытость по определению неспособны обидеть.

— Давай одевайся, хватит дома тухнуть! Поехали кататься.

— Не могу, собираюсь на пресс-конференцию, — Кристина стояла напротив шкафа с выражением запутанности и обреченности на лице.

Извечный вопрос всех женских племен и народов «что надеть?» посещает женскую голову каждый день. Иногда по два раза.

— Так мы тебя и подвезем. Будешь, как взрослая, с мотокортежем.

— Не приставай к ней, она собирается павлин-мавлина заклеить! — вмешалась Чижик. — Может, платье Valentino?

— Слишком понятно, что прошлогодняя коллекция.

— Костюм Gucci?

— Я поправилась, плохо на бедрах сидит.

— Одевай Ungaro, точно сядет!

— Надоел.

— Мини-юбка, мини-блузка. И павлин-мавлина хапнешь, и еще всех байкеров в придачу. Я сегодня твой стилист.

Домашний стилист и домашний имиджмейкер, Чижик и Валя, заботились о Кристине, лежа на разобранном диване.

Интерьер сего холостяцкого жилища представлял собой креативный замут пиарщицы и бездельницы. Огромный диван посреди комнаты никогда не собирался. В огромном шкафу в полстены всегда царили бардак и хаос. Многочисленные растения в горшках умирали быстро и быстро сменялись новыми. Косметика на комоде валялась в «аккуратном» порядке, как после обыска. Плюшевые игрушки в виде зайцев и медведей никогда не поднимались с пушистого коврового покрытия, ибо ими были осторожно прикрыты пятна от сока, кофе и прочих жидкостей.

С плазменной панели и стереоустановки, щедро подаренной бывшим воздыхателем Чижика, пыль стиралась редко, да и то благодаря домовитости Вали.

— Точно подействует! Надевай мини. У тебя шницельки такие ничего! — советовала имиджмейкер Чижик.