Женя Гламурная - ШИКанутые девчонки

Весь день писала статью о безответной любви и справлялась с устойчивым желанием поплакать в подушку. Пришла к выводу, что окружающие меня неправильно воспринимают. Все считают меня стервой. Даже самые близкие подруги. Даже Лика. Как будто у меня от парней отбоя нет, а я заставляю их, несчастных, страдать и кончать с собой от одиночества. В смысле, вешаться на крючке для полотенец в ванной или яд пить — как-то так. Терзаю каждый день нежные мужские сердца и кушаю их на завтрак для хорошего цвета лица. Какая же я стерва?! Стоило мне захотеть вернуться к Гоше, как он бесследно исчез. Пошел провожать Томку и сгинул куда-то. Начинаю подозревать: они встретили по дороге своего зомби.

И после этого я заставляю его страдать?!

Вот Варежка за лето побила все ранее поставленные женской олимпийской сборной рекорды — умудрилась расстаться с тремя официальными бойфрендами за три неполных месяца. Ее никто и не подумал обвинять в легкомысленности, наоборот, жалели: девочка никак не может найти свое счастье. А теперь чуть что — она первая напоминает мне о разбитом Гошином сердце, хотя это он меня бросил, а не наоборот. И потом, я не совсем уверена в диагнозе. Мужчина с разбитым сердцем должен был позвонить после свидания, разве не так?

Вместо Гоши появилась Варя. Варя-из-Криминального-Чтива. Темно-каштановые волосы, каре с челочкой и белый берет из «Королевы бензоколонки». Классический имидж неверной жены крестного отца.

— Я хочу быть роковой женщиной! — провозгласила она с порога. — Хочу делать мужчин несчастными! Как ты! Я жестокая, холодная, бесчувственная стерва!

— Я — бесчувственная стерва?

— Ну ты же прекрасно знаешь, что я имела в виду! Как тебе мой новый имидж?

Варежка время от времени теряла веру в себя и отправлялась менять имидж. Но раньше это не заканчивалось ничем серьезнее педикюра, поэтому я была заинтригована. Видимо, депрессия слишком глубока. Отчего же она так расстроилась?

— Лёлик у меня в печенках сидит! Я хотела его с мамой познакомить, уже договорилась обо всем, а он уперся, как осел. «Не пойду» — и все тут! Хоть объяснение бы выдумал приличное!

— Зато он говорит правду!

— Нужна мне его правда! — бушевала Варежка. — Представляешь, что бы началось, если бы все мужчины стали вдруг суперчестными? «Дорогая, я ненавижу твою помешанную на карьере мамашу!», «Милая, у тебя в этом платье жирная задница, я не хочу, чтобы тебя видели мои друзья!».

— Ладно, все это отлично, но при чем тут имидж из «Криминального чтива»? Хочешь совратить Тарантино? — удивилась я.

— Ну, я хотела расслабиться… — виновато пожала плечами Варя. — Сначала попробовала новый лак для ногтей. Не помогло. Педикюр и массаж — тоже. Тогда я решила подстричь посеченные кончики волос. Совсем чуть-чуть! Но там был такой милый парикмахер!

Парикмахер был такой милый, что Варежке совсем не хотелось быстро с ним расставаться. Когда она с замирающим сердцем вошла в зал для стрижки и окрашивания отчаявшихся девиц, ее встретил невероятно обаятельный веснушчатый и хитроглазый брюнет. Варя никогда раньше брюнетов с веснушками не видела, поэтому была поражена этим сочетанием в самое сердце и только смогла пролепетать:

— Здрасссьте…

— Здравствуйте, — отозвался он, плотоядно поглядывая на ее волосы. — Желаете подстричься?

— Только кончики, — закокетничала Варежка. — Посеклись немножко…

— Точно-точно, посеклись, — отозвался парикмахер, беззастенчиво погладив ее по голове, отчего трепетная Варя вообще в осадок выпала. — И сильно посеклись, так что отрезать придется много. Не хотите сменить прическу?

— Нет-нет, только чуть-чуть…

— Чуть-чуть сменим прическу? — обрадовался брюнет с веснушками. — Мыть будем?

Пока он мыл ей голову, включая в эту простую процедуру элементы чуть ли не тайского массажа, Варежка слабо пыталась сопротивляться парикмахерскому обаянию и доказать, что кардинально менять внешность совсем не входит в ее планы.

Три часа она просидела в кресле с закрытыми глазами и твердой уверенностью, что совершает самую большую ошибку в своей жизни.

— Ну вот, готово, — сказал наконец веснушчатый брюнет, и Варе послышалась в его голосе гордость. — Нравится?

Она открыла глаза, и тут же пришлось открыть рот — от удивления. Нет, ее шевелюра не стала ярко-зеленой. Но из курчавой пепельной блондинки а-ля Мэрилин Монро она превратилась в главную героиню «Криминального чтива» с темно-каштановым каре.