Морье Дю - Мери Энн

Покровительство - это прекрасно, но лучше были бы оплачены счета. Тебе поверят в кредит все, что угодно... только в течение шести месяцев. Как странно, требования об оплате счетов стали приходить пачками. Неужели можно предположить - судя по поведению торговцев, - что через шесть месяцев принцы обычно меняют свое решение?

Она смяла счет и отправила детей к Марте.

- Да, Пирсон, в чем дело?

- Прибыли два джентльмена, они желают видеть вас. Какой-то капитан Сандон и полковник Френч.

- Они сказали, по какому делу приехали?

- Нет, мэм, но они назвали господина Корри.

- Хорошо. Проводите их в кабинет.

Быстрый взгляд в зеркало, поправленная шпилька - и она готова. Тысяча фунтов Биркетту за серебряное блюдо. А эти двое пообещали ей две тысячи гиней. "Буду премного благодарен за произведение оплаты в соответствии с вышеупомянутым, но пятьсот фунтов вполне устроят".

Почему бы не использовать те же слова и не заключить сделку?

Глава 4

Обед подошел к концу. Потом детей уложили и поцеловали на ночь. В кабинете зажгли лампы и опустили шторы.

- Пирсон!

- Да, Ваше Королевское Высочество?

- Скажите Людвигу, чтобы он явился в шесть утра. Я собираюсь поехать в Хайт, до субботы.

- Слушаюсь, Ваше Королевское Высочество.

Герцог расположился возле камина, поставив рядом с собой стакан бренди, расстегнул жилет, вздохнул и вытянулся.

- Спой мне что-нибудь, радость моя.

- Что?

- Какую-нибудь песенку, что поют в Воксхолле. Любую.

Она пела песенки, которые репетировала утром, и краем глаза наблюдала за ним. Он ногой и рукой отбивал такт, тихим голосом подпевая ей. Она заметила, что его голова стала постепенно клониться на грудь, потом он внезапно встрепенулся и опять принялся подпевать. "Помчусь я в Лондон" была довльно проста и легко запоминалась; "Сэнди", эта насмешка над возвышенными чувствами, изобиловала непристойностями. Потом она спела его любимые: "На двух струнах играет твой смычок" - баллада, полная сладострастия; "Я так не буду делать" - усыпляющая, успокаивающая.

Наконец, когда бренди было уже выпито, а голубые глаза затуманились дремой, когда жилет был сброшен на пол, она преподнесла ему последнее возбуждающее средство:

"Завтра сокрыто завесой от нас,

Так мы веселиться будем сейчас".

И, опустив крышку пианино, стала рядом с ним на колени.

- Почему ты остановилась, дорогая? - спросил он.

- Потому что я целый день тебя не видела. И завтра тебя не будет со мной. И тебе хотелось бы, чтобы я спела еще?

Он посадил ее к себе на колени и обнял, прижав ее голову к плечу.

- Если ты думаешь, что я предпочитаю мотаться по стране и спать в казарме, вместо того чтобы быть рядом с тобой... Что это такое?

- Нижняя сорочка, не надо развязывать. А где ты будешь завтра?

- В Хайте, потом в Фолкстоуне, Диле и Дувре. Если мне повезет, вернусь к вечеру в субботу.

Она взяла его руку в свою, принялась перебирать пальцы, нежно покусывая подушечки, и гладить ладонь.

- А в Отландз тебе надо ехать?

- Герцогиня обидится, если я не приеду. У нее всегда по воскресеньям полон дом народа. Кроме того, если я пропущу службу в церкви, злые языки начнут болтать, и слухи дойдут до короля. Он вызовет меня на ковер и отчитает, как школьника.

- Но он никогда не поступает так с принцем Уэльским.

- Конечно же, нет. Они даже не разговаривают, вот я и отдуваюсь. Послушай, что я тебе скажу, дорогая... продолжай, мне очень приятно... рядом с Отландзом, в парке, есть пустой домик. Раньше в нем жил управляющий. Почему бы тебе не обставить этот домик, не нанять прислугу, тогда я мог бы от герцогини сразу же приходить к тебе?

- Ничто на свете не сравнится с таким предложением. А как же злые языки?

- О, туда им не добраться. Ведь я буду жить в Отландзе. А в парке меня никто не заметит.

- При твоем росте тебе не так легко проскочить незамеченным... Я с удовольствием приезжала бы в Уэйбридж и жила бы там с субботы до понедельника, дышала бы свежим воздухом. Но тебе не кажется, это будет стоить довольно дорого?

- На содержание дома уйдет не так много денег.

- Но дом придется отделать, обставить, подготовить для жилья. Дело в том, сэр, что вы подобны ребенку в таких вопросах. Это результат того, что вы всегда жили во дворцах. Вы даже представления не имеете о том, как живут простые смертные.

- Я быстро учусь.

- Да, ты уже выучился обходиться без помощи камердинера, когда укладываешься спать. Но это все. Любой ребенок проявляет больше самостоятельности, чем ты. Когда Людвиг застегивает тебе пуговицы на камзоле, он похож на няньку, пеленающую младенца.