Елена Катасонова - Алгоритм счастья

- Валька, отстань, - снова потянулась Рита. - У Олега сегодня такой день, а ты о какой-то там ерунде.

У него обсуждение на кафедре.

- Да знаю, знаю, - нетерпеливо сморщилась Валя. - А билеты в Свердловск вы купили?

- Так рано еще, - удивилась Рита.

- Уже поздно, - непонятно ответила Валя.

- Мы же летим после сессии, - не понимала Очевидного Рита.

- Очнись, Ритка, - застонала Валя. - Ты хоть представляешь, сколько они теперь стоят?

- Нет.

Рита вдруг испугалась.

- Вот и я, подруга, не представляю. Но судя по тому же мороженому...

Валя покачала головой и глубоко задумалась.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Глава 1

"Что делать? Что же делать? - в отчаянии думал Олег. - Совершенно, абсолютно нет денег, вот хоть ты сдохни, нет их, проклятых! На хлеб - и то не хватает, а уж на перепечатку, на ксерокопии...

С Танечкой, конечно, можно договориться, - лихорадочно соображал он, но надо же хоть коробку конфет подарить... Хорошо еще, что отменили банкеты..." Олег усмехнулся, покачал головой. Банкеты... Все это из прошлой жизни: цветы, шампанское, торт "Прага"... Валерке, помнится, доставили аж из Киева - знаменитый "Киевский", передали с проводником. Года три назад это было. Тогда защита была событием.

Олег поднял воротник куртки: повалил влажный и липкий мартовский снег. Мерзли в потертых джинсах голые ноги, и, кажется, прохудились ботинки. Впервые он пожалел, что никогда не носил пресловутых кальсон.

Как бы они сейчас пригодились! Теперь уж не купишь...

"Зима. Студентик, торжествуя, свой торный обновляет путь. И, голой пяткой снег почуя, несется рысью в институт..." Эти их студенческие прибаутки... Знали бы, что ждет впереди! Олег пошел быстрее: к снегу прибавился резкий ветер.

- Ну ладно, пусть, ну нечего жрать, - говорила через полчаса Рита, кутаясь в материнскую шаль, пригревшись у маленького, тщательно скрываемого от коменданта рефлектора. - Так ведь еще и холод собачий!

Вон в Латинской Америке тоже, по слухам, бедствуют, но у них хоть тепло, океан, пляжи. Можно поплавать, позагорать.

- Мы с тобой тоже плавали, загорали, - напомнил Олег, но этим напоминанием лишь рассердил Риту.

- Когда это было! - скривилась она.

- В августе, после нашей грандиозной победы, - стараясь развеселить жену, улыбнулся Олег.

- Победа... - фыркнула Рита. - В этой стране любая победа для таких, как мы, всегда почему-то оборачивается поражением!

Олег промолчал. Об этом они уже спорили, и он не был согласен с Ритой. Надо потерпеть, считал он.

Такой резкий поворот такой огромной страны... Придется опять терпеть.

- Что молчишь? - злилась голодная, промерзшая до костей Рита. - С такими молчунами, как ты, можно делать все, что угодно!

- Ну так пошли снова на баррикады, - пошутил Олег. - Городницкий написал, говорят, песню с рефреном: "Не разбирай баррикады у Белого дома". Предупреждает... И пожалуйста, очень тебя прошу, не говори о нашем общем доме так отстраненно; "В этой стране".

- Кстати, о доме, - устало вспомнила Рита. - Ты обещал потолковать с комендантом. Что он сказал? Почему батареи чуть теплые?

- Сказал, экономят.

- Чтоб он сдох, сквалыга! Поехали к матери, она звала. Хоть покормит! Какая-то она вдруг стала хозяйственная. Интересно бы знать почему.

- Наверное, потому, что все теперь есть в магазинах, - предположил Олег и, не удержавшись, хмыкнул. - Зато теперь нет денег.

- К матери это не относится, - мрачно сказала Рита. - У нее контрактов навалом - по всему миру.

"Вот бы дала нам немного денег", - стыдясь себя, подумал Олег. И они поехали на другой конец города, чтобы на время насытиться и согреться.

***

- Милые мои! - встретила их сияющая Екатерина Ивановна. - Я уж вас заждалась. Сейчас будем ужинать. Ничего, если на кухне?

- Ничего, - ответила Рита, вдыхая запах чего-то мясного, вкусного, стараясь не торопиться, скрыть, что дрожат от голода и нетерпения руки.

- Давайте я помогу, - сказал Олег и стал резать хлеб аккуратными ломтиками.

Ах, как хотелось отправить хоть один из них в рот! - Но ведь нельзя, неприлично, не принято.

- Там, в серванте, вино. Откройте, пожалуйста, - мелодично пропела Екатерина Ивановна. - Красное, к мясу. А я на той неделе опять улетаю - в Мюнхен. Может, поживете пока у меня? Рита говорила, в общежитии холодно.

"И голодно", - отметил про себя Олег, вопросительно взглянув на Риту.

- Нет уж, мы у себя, - - нахмурилась Рита. - От тебя до МГУ - час езды, а там мы рядом. И вообще...

Она замолчала, потому что мама в очередной раз выдвинула из духовки противень, чтобы полить Молодую свинину жиром, который из нее же и вытопился.