Элли Крамер - Серебряная луна

- Привет, Мэри. Я.., тоже рад встрече. Присядь.., те?

Она рассмеялась - словно льдинки зазвенели в хрустальном бокале с шампанским! Билл сроду не пил шампанского со льдом, как-то не довелось, да и не с кем было, но смех Мэри напоминал именно это, и ничто другое.

- Помнится, мы были на "ты", когда ты топил меня в пруду.

- Ох...

- И когда жвачку запустил мне в косу - тоже.

- Коса. Точно, у вас.., у тебя была коса, длинная и в руку толщиной. Сколько же лет прошло?

- Со времен косы - пятнадцать, а уехал ты отсюда двенадцать лет назад.

Он сделал шаг, чтобы подать ей руку, и тут же ногу прошила острая боль. Не сдержав яростного ругательства, Билл неловко покачнулся и тяжело опустился на скамью. Мэри и глазом не моргнула. Шагнула вперед и села рядом на дубовую скамейку.

- Сильно болит?

- Да.., черт! Извини. Я ругаюсь, как сапожник.

- Ерунда. Слышал бы ты, какими словами поливают своих мужей некоторые роженицы.

Можно посмотреть?

Не дожидаясь ответа, она протянула руку и коснулась его ноги. Сильные тонкие пальцы уверенно и профессионально ощупали колено, пробежали вверх - и Билл в смятении отпрянул. Ощущения были слишком сильными. Слишком возбуждающими.

Девушка виновато взглянула на него.

- Я сделала больно? Извини. Ничего, что я так нахально?

Он смотрел на ее пальцы, красивые, изящные, с коротко подстриженными ногтями, и против воли представлял, как она касается этими пальцами его лица. Кладет прохладную узкую кисть на лоб.., и он засыпает.., наконец-то засыпает!..

- Билл!

- Прости. Я немного не в себе. Ты ведь врач?

- Звучит громко, но... Я фельдшер. До врача мне еще три года ординатуры, но я соскучилась по Гортензии и Грин-Вэлли.

- Странно.

- Почему?

- Обычно из таких городков хотят уехать.

- Ты-то вернулся.

- У меня.., были обстоятельства.

Судорога гнева исказила изможденное лицо Билла. Он вскинул на Мэри серые яростные глаза.

- Впрочем, ты наверняка уже наслышана о них?

Она ответила ему бестрепетным и лучистым шоколадно-карим взглядом.

- Я не собираю сплетни. И ты не принц Уэльский.

- Но о том, что я псих, ты уже знаешь?.

- Да, в основном от местных психопаток.

Билл, еще немного - и нам придется начинать все по новой в третий раз. Почему ты злишься?

Секунду он боролся с отчаянным желанием сказать в ответ что-то резкое, злое, что-то, способное погасить эту доброжелательную улыбку, но внезапно в голове что-то щелкнуло, и Билл Уиллингтон просто и тихо ответил:

- Я очень устал, Мэри. В этом все дело. Я устал.

Она посерьезнела и кивнула.

- Это вполне уважительная и понятная причина. Не сочти меня любопытной нахалкой, Билл, но.., карты на стол, как говаривала бабушка Аманда, подозревая бабушку Гортензию в мухлеже. Честно говоря, старики хотят, чтобы я взяла над тобой шефство, но лично я...

- Этого не хочешь. Так?

- Нет. Я вчера здорово испугалась. Кроме того, ты уж не обижайся, детства сон златой оставил не лучшие воспоминания о Билли Уиллингтоне, из-за которого я рассталась со своей косой и чуть не проглотила лягушку.

- Мэри, я...

- Погоди. Теперь я вижу перед собой своего почти ровесника, моего давнего приятеля, который к тому же немного нуждается в поддержке. Я могу и готова оказать эту поддержку, только и всего. Мне это сделать легко и приятно. Если неприятно тебе - просто скажи об этом.

Билл смотрел на нее во все глаза. Вот это девушка!

Большую часть своей лондонской жизни Билл Уиллингтон общался с совершенно другими женщинами. Размалеванные, порочные, нюхающие кокаин и зовущие всех мужчин "лапуля" или "красавчик", они были лживы до мозга костей. Билл потратил несколько лет, чтобы научиться общаться с ними и ими управлять. В результате он и понятия не имел, что на свете еще остались другие. Вот такие, свежие, кареглазые, со звенящим смехом и прохладными сильными пальцами. Искренние и честные.

- Мэри, я... Я тебе благодарен. Честно говоря, я даже не ожидал, что после вчерашнего...

- Проехали. Что ж, если в принципе мы пришли к согласию, тогда позволь задать тебе чисто профессиональный вопрос.

Билл немедленно напрягся, но Мэри не обратила на это никакого внимания.

- Я хотела бы осмотреть твою ногу. Ты можешь прийти ко мне в кабинет, но если тебе удобнее здесь, в доме - нет проблем.

Билл едва не ахнул. Пуля, месяц назад перебившая ему сухожилия и чудом не раздробившая коленную чашечку, вышла из верхней части бедра. Тот подонок стрелял в него с земли...

Иными словами, простым закатыванием брюк тут не обойтись. Их придется снять, а снимать штаны перед кареглазой Мэри Райан совершенно немыслимо.