В гостиной на столе весело горели свечи, электрические светильники с красивыми хрустально-серебряными плафонами темнели в углу. Комната была освещена бледно-желтым светом. На тарелках лежал жареный цыпленок с картошкой, который был заботливо приготовлен миссис Эвери.
Они ели в тишине. Погруженные в свои мысли, старательно избегали разговора. Наконец Кристос отодвинул тарелку. - Пятнадцать лет назад я сделал выбор, - тихо сказал он, не глядя на нее и сосредоточенно изучая свою тарелку. - Это был очень трудный выбор.
Алисия посмотрела поверх темного стола на его губы, не в силах встретиться с ним взглядом.
Он переделал ее. Он заставлял ее желать то, от чего она отказалась много лет назад.
- Мне нужно было выбирать между школой и спортом. И я выбрал атлетическую школу в Йеле.
- Бейсбол, - пробормотала она. Он кивнул:
- Мне нравилась эта игра, нравилось просто смотреть на игроков, сидя на траве, нравилось быть самому частью команды. Но я был не лучшим игроком. Мне необходимо было усиленно тренироваться, но я боялся рисковать. - Он взял бокал с вином, отпил глоток и поставил бокал на место. - Я знал, что, если не оставлю игру, мои родители не справятся без моей помощи, знал, что тогда моя мать всю жизнь будет мыть чужие туалеты. Я не мог допустить это. Я был горд и не мог допустить это. Моя семья уже столько выстрадала. Я хотел для них лучшей доли, лучшей доли для нас всех.
- И ты выбрал бизнес.
- Я выбрал твоего отца, - мягко поправил он, -каждое мое решение, каждый новый контракт, каждая подпись - все это приближало меня к тому дню, когда я смогу отомстить ему.
- Ты так его ненавидел?
- Я ненавидел то, что он сделал с моим отцом. Как видишь, я тяжело прощаю.
- Ты не показался мне жестоким.
- Я не всегда был таким.
Неужели раньше Кристос был другим, неужели совсем молодой Кристос желал меньшего и мечтал о меньшем?
- Ты мне понравился бы тогда, наверное. Он поднял голову и посмотрел на нее из-под нахмуренных бровей. Его скулы и подбородок опять были напряжены и выступали, хотя он смотрел на нее, она знала, что на самом деле он смотрит внутрь и видит не ее, а себя, и его выражение лица не давало ей покоя.
- Может быть, - глухим, отстраненным голосом произнес он. - Может быть.
Она встала и хотела подойти к нему, но на полпути поняла, что он не хочет ее, что она не нужна ему. Не сейчас.
Повернувшись, она посмотрела на тарелку, на хлебницу, сдвинула нож на середину стола.
- Есть еще одна вещь, - медленно произнес он.
Она посмотрела на него через плечо, ожидая, что последует далее. Он улыбнулся, но улыбка не согрела его глаза.
- Я был обручен в этом году. До того, как женился на тебе.
Она замерла, пытаясь понять, не ослышалась ли.
- Обручен с кем?
- С местной девушкой.
- С кем-то из такой же семьи, как твоя? Он кивнул:
- Моя мать устроила это.
Она переваривала то, что услышала.
- Твоя мать?
Он посмотрел в ее глаза:
- Да. И семья девушки была в восторге от предстоящей свадьбы.
- Я представляю себе. - Действительно, Кристос Патере, американец греческого происхождения, блестящий бизнесмен, сделавший головокружительную карьеру, женится на простой греческой девушке-эмигрантке. Это блестящая партия. Даже боги бы улыбнулись. - Ты любил ее? -прошептала она, ненавидя себя за ту боль, которая переполняла ее. Какая ей разница? Почему ее это волнует?
- Я любил се за доброту и мягкость.
- И она хотела детей.
- Она мечтала о большой семье.
Алисия почувствовала жестокую ревность. Она даже не знала эту другую женщину, но понимала, что сходит с ума от ревности. Женщина, за которой ухаживал Кристос...
Ей нужно было знать больше.
- И что же произошло потом?
- Черные брови Кристоса сошлись, когда он нахмурился.
- Я разорвал помолвку несколько месяцев назад, поняв, что она не для меня.
- Что же изменило твое решение?
- Твой отец.
Алисия не знала, швырнула ли она тарелки на пол или они просто упали. Во всяком случае, тарелки покатились по полу, вилки зазвенели. Она с трудом поняла, что ничего не разбилось. Удачно.
Она наклонилась, чтобы собрать тарелки, но пальцы не слушались ее.
Перед ее глазами был отец - с ручкой в руке, пишет что-то на бумаге, обещает Кристосу корабли, силу, власть.
Она сделала глубокий вдох, пытаясь удержать слезы, набежавшие на глаза, и слепо уставилась на посуду на полу, не в силах ни видеть, ни думать.
Отец выписывает чек, Кристос берет его. Сделка, женитьба, бизнес. Не по любви, а из-за денег. Ради мести.
Читать дальше