Карен Робардс - Остров страсти

- Как ты себя чувствуешь? - спросила она, по-хозяйски оглядев его тело. Во время болезни он сильно потерял в весе, но это не мешало ему выглядеть по-прежнему атлетично. Худоба только подчеркивала мощь его узловатых, рельефных мышц.

- Как мальчишка, которому устроили нагоняй, - хмуро ответил он. Его глаза, словно намагниченные, остановились на ее округлой груди.

Кэти стоически перенесла соблазн откликнуться на этот откровенно вожделеющий взгляд. Ложиться с Джоном в постель по первому зову? Нет, хватит! Она переменит тактику. Пусть он попробует обойтись без нее хоть день, это поможет ему лучше разобраться в собственных чувствах.

Джон, раззадоренный ее безразличием, потянулся жадными пальцами в направлении, проторенном его глазами. Кэти шлепнула его по руке, но он, изловчившись, опрокинул девушку так, что она оказалась в полулежачем положении, очень удобном для поцелуя. И Джон не замедлил этим воспользоваться: он горячо прильнул к ее розовым губкам. Сделав вид, что она сдается, Кэти через мгновение больно куснула Джона за кончик языка. Завопив, он отпрянул назад и со свистом втянул в себя воздух, чтобы остудить укушенное место.

- Жаль, что ты не испытываешь к солонине такого же аппетита, как ко мне, - весело сказала Кэти. - Ты бы скорее пошел на поправку.

- Моего здоровья хватит, чтобы укротить лисичку, - проворчал он, вновь заключая ее в объятия. Это не противоречило желаниям самой Кэти, и она не без удовольствия отвечала на его жаркие поцелуи. Однако, когда он взялся расстегивать крючки на ее платье, девушка твердо отстранилась.

- Нет, - сказала она.

Джон изумленно распахнул глаза:

- Почему?

- Потому что я не хочу, - надменно заявила Кэти, вздернув вверх свой аристократический носик. - Я... я сейчас не прочь поболтать.

- Поболтать? - Джон разочарованно перевернулся на спину.

- Да, поболтать. - Кэти была полна решимости не уступать ему снова, памятуя о том, что воздержание усиливает сердечные привязанности.

- Валяй начинай, - вздохнул Джон, заложив руки за голову. Кэти пододвинулась к нему поближе, положила руки ему на грудь

и уперлась в них подбородком, чтобы смотреть ему прямо в лицо. Джон одобрительно наблюдал за ее приготовлениями к разговору, но стоило ему попытаться чмокнуть девушку в щеку, как она проворно увернулась и показала ему язык.

- Ты когда-нибудь был влюблен? - начала Кэти, когда они наконец расположились.

- Господи, - пробурчал он, закрывая глаза, словно от сильной боли. Она хочет об этом говорить, а я хочу этим заниматься. Много-много раз, - он плотоядно прищурился. - Причем каждый раз не меньше часа.

- Очень смешно, - кисло сказала Кэти. - Нет, я имею в виду влюблен по-настоящему.

- Когда мне было шестнадцать, я был без ума от моей мачехи, - ответил он, рассматривая потолок.

- Правда? - подозрительно спросила Кэти

- Да, правда, - подтвердил он. - Когда мой отец на ней женился, ей было двадцать лет. Красивая была девка, черные волосы до колен, огромные глаза и все остальное при ней. Тогда я думал, что красивее ее нет никого в целом мире.

- А что потом? - немножко натянуто спросила Кэти, не сумевшая побороть острый укол ревности. Да, она ревновала, хотя и понимала, что это смешно: ревновать Джона к женщине, которую он любил почти двадцать лет назад.

- Я настолько потерял голову, что ходил за ней по пятам. Я был еще мальчишкой и поэтому превозносил ее как богиню. А она едва замечала мое существование. Я не помню, чтобы она хоть раз улыбнулась мне или просто посмотрела в мою сторону. Я возвел ее на недосягаемый пьедестал и даже не думал о том, чтобы к ней прикоснуться. Это казалось мне святотатством. И вот однажды, августовским полднем, я пошел следом за ней к ее портнихе. Она ходила туда дважды в неделю, а я околачивался рядом, дожидаясь, пока она снова выйдет на улицу. В тот раз я бесцельно бродил вокруг и вдруг увидел, как моя мачеха выходит из дома через черный ход. Естественно, я был заинтригован и пошел следом. Она долго петляла по улицам и наконец в глухом закоулке вошла в какой-то маленький домик. По своей неопытности я предположил, что это, должно быть, другая портниха, к которой моя мачеха изредка наведывается. Немного погодя любопытство пересилило во мне чувство приличия, я подошел к окошку и заглянул внутрь. Моя любимая мачеха лежала нагишом на полу и стенала, как кошка во время течки, пока незнакомый мне мужчина вовсю трудился между ее расставленных ног.

- Ты рассказал об этом своем отцу? - взволнованно выдохнула Кэти, захваченная его рассказом.