Карен Робардс - Остров страсти

Намеренно собезьянничав, она повторила его слова, не без основания полагая, что они его уязвят точно так же, как уязвили ее. У Джона недобро сверкнули глаза.

- На твой вопрос у меня есть один очень простой ответ, моя зубастая киска, и я советую его хорошенько запомнить. Я не отдаю так просто то, что мне принадлежит.

- А я тебе принадлежу? - спросила она, вызывающе сверкнув своими голубыми глазами.

- В настоящий момент, да. - Нанеся этот решающий удар, Джон, казалось, вознамерился побыстрее закончить неприятную для обоих беседу Он подобрал с одеяла карты и начал объяснять Кэти хитросплетения игры в белот. Кэти не возражала против прекращения разговора, но, отложив его в памяти, была готова вернуться к обдумыванию этой темы на досуге. Возможно ли, что кровожадный капитан пиратов начинает потихоньку в нее влюбляться? Если она не ошибается в своих догадках, то ее желание - видеть Джона у своих ног наконец-то сбылось! Ура!!! Время от времени она будет смягчаться и позволять ему целовать себя в щечку. Но не больше! Пусть капитан Хейл поучится ухаживать за настоящей леди должным образом. Она улыбнулась, представив, как ее бесшабашный

капитан будет вынужден довольствоваться невинными поцелуйчи-ками, которые нехотя разрешаются в хорошем обществе. Гм-м... Джону это понравится не больше овсянки. Что ж, после того как он достаточно пострадает, она, может быть, смягчится...

- Ты сейчас похожа на кошку, которая вылакала горшок со сливками, лаконично заметил Джон, прервав ее грезы. - О чем таком интересном ты думала?

- О белоте, конечно, - задорно ответила Кэти, наморщив нос. Приятные фантазии заметно улучшили ее настроение. - О чем же еще?

- Действительно, о чем же еще, - загадочно произнес Джон и снова переключил свое внимание на карты. Предыдущая беседа была окончательно забыта.

С тех пор как Джон пришел в сознание, ухаживать за ним стало еще труднее. Он периодически раздражался, досадуя на свою неспособность выбраться из постели или самостоятельно удовлетворить свои нужды - кроме самых простейших. После первого раза он упрямо отказывался от того, чтобы Кэти его кормила, но все равно ему приходилось ждать, пока она разрежет пищу на кусочки и наколет на вилку, и только затем он мог начать переправлять ее в рот. Это выводило его из себя, и он отыгрывался на Кэти, словно стрелами, осыпая ее колючими шуточками и замечаниями, пока она ему помогала. Кэти так и подмывало послать его к черту, однако она ухитрялась сдерживаться, понимая, что беспомощность действует на Джона, как больной зуб. Каких бы усилий это ни требовало, она каждый раз уговаривала его с ласковым терпением, настаивая либо на своих услугах, либо на услугах Пе-тершэма, когда Джону приходило в голову побриться или принять ванну. С презрительными гримасами он снисходил к ее доводам и соглашался на ее помощь, которую безоговорочно предпочитал помощи Петершэма.

Один раз, когда он угрюмо отказался позволить ей сменить повязки на своих ранах, Кэти в сердцах сказала, что он ведет себя как избалованный мальчишка. В ответ он сердито раздул ноздри и открыл рот, готовый взорваться, но спустя мгновение, неохотно сжав губы, дал Кэти себя перебинтовать, а затем с отвращением проглотил пилюлю. Немного погодя, он виновато поцеловал сгиб на ее руке. Кэти сурово помолчала, вздохнула и простила его.

В порту, под присмотром доктора Сантоса, с ним еще можно было хоть как-то справиться, но как только "Маргарита" вышла в

открытое море, Джон стал невыносим. Сдерживая данное Петершэ-му слово, Кэти убедила его облачиться в ночную сорочку. Джон нехотя сдался, а потом долго брюзжал, жалуясь на то, что ему тесно, неудобно и жарко. Кэти выслушала его с каменным выражением лица, советуя ему в душе раздеться и сдохнуть. Единственным способом подействовать на Джона было намекнуть ему, что она оставит его на попечение Петершэма. Джон не желал об этом и слышать. Он требовал, чтобы она постоянно находилась у его койки: читала ему, играла в карты или в шахматы, беседовала или просто сидела рядом. Ей удавалось выкроить не больше получаса в день, чтобы выбраться на палубу и подышать свежим воздухом.

- Ты выглядишь бледной, Кэти, - участливо сказал Гарри, когда однажды в полдень она присоединилась к нему на юте. "Маргарита" была в открытом море уже неделю. Перед тем как ответить, Кэти полной грудью вдохнула бодрящего соленого воздуха.

- Я и правда неважно себя чувствую, - призналась она. - Джон - как ребенок. Он требует постоянного внимания.