Перед тем, как отойти от зеркала и перестать угнетать себя еще больше своим же собственным видом, Валентин задавал себе вопрос, ответ «да» на который мог решить все его проблемы. На невысоком шкафчике, стоявшем слева от раковины, лежал коробок с лезвиями, одно из которых уже было распечатано. Он брал лезвие в правую руку, подносил к венам на левой и вновь поднимал взор к отражению в зеркале, якобы в ожидании ответа. Он ждал, что однажды увидит там твердую определенность, некий сигнал, который и послужит тем самым положительным ответом на вопрос о том, стоило ли ему закончить это жалкое, мучительное существование. Но сегодня, как и в прошлые дни до этого, отражение молчало. Валентин чувствовал прикосновение лезвия к своей коже. Этот маленький кусочек металла был так же холоден, как и то, что ждало его, если б он наконец решился. Нужно было всего лишь надавить посильнее и провести правой рукой поперек левой, и через короткое мгновение все его проблемы были бы решены. Но он все еще не был уверен, что это правильное решение. Ответа «да» все еще не было в его глазах, в которые сейчас он так пристально смотрел. А это значило, что лезвие возвращалось обратно на шкафчик, и теперь можно было покинуть ванную комнату и перейти к готовке завтрака. Еще можно было бы, конечно, побриться, почистить зубы и принять душ, но Валентин не видел в этом никакого смысла и не имел абсолютно никакого желания.
Несколько разбитых яиц на сковородке – это самый простой, быстрый и мало затратный завтрак, с которого обычно начинается день запущенного обленившегося холостяка. Иногда Валентин завтракает хлопьями или бутербродами с дешевой колбасой и все той же яичницей, реже пельменями или какими-нибудь заварными кашами. Готовить с утра что-то толковое у него не было ни желания, ни терпения. В очередной раз бросив взгляд на гору немытой посуды, сваленной в раковине, и проигнорировав ее, Валентин соскреб яичницу со сковородки и кинул на последнюю отчасти чистую тарелку, которая была у него в доме. Вилку ему пришлось брать не чистую совсем, так как других вариантов у него уже попросту не было. Пройдя обратно в гостиную, он уселся на диван, на котором только недавно еще спал, и не спеша принялся за завтрак.
В такие моменты, когда не на что было отвлечься, мысли закрадывались в голову быстрее и в больших количествах, чем обычно. И почти в ста процентах случаев это были мысли исключительно негативные. Вновь и вновь Валентин прогонял в памяти воспоминания о прошлой жизни, за яркими картинками которых всегда скрывалась тьма угрюмой реальности. Он видел, как просыпается в кровати рядом с любимой девушкой, завтракает полным блюдом с сытными добавками, пьет ароматный заварной кофе, надевает стильный костюм и едет на работу, где его труд оценивается достойной валютой. А потом он с охотой возвращался домой, не думая ни о выпивке, ни о том, хватит ли ему денег на следующую неделю. А главное – дома его ждала она. Лиза. Она была самым ярким из всех его воспоминаний. Даже в мыслях она излучала согревающий свет, разгонявший сгущающиеся тени реальности, она была самим совершенством, музой, вдохновлявшей жить и творить. А ее голос, ее смех, ее запах… сердце Валентина облилось кровью и сжалось, и он вынырнул из воспоминаний, вновь очутившись в тоскливом сумраке гостиной комнаты. Те, казалось бы, светлые воспоминания всегда носили в себе тьму. За каждой секундной, проведенной с Лизой, стоит ее молчаливое, необъясненное предательство, за каждой заработной платой стоит увольнение, за каждым воспоминанием о родителях и родном доме стоит расставание с ними, отдаление и переезд. А за каждым случившимся несчастьем стоят бесчисленные выпитые до дна бутылки крепкого алкоголя.
Но было кое-что еще. Тело Валентина вздрогнуло от колющего ужаса, когда он вспомнил о том, что приключилось с ним вчера. Потеря работы, любви, друзей и связи с близкими, алкогольная зависимость, бесконечная депрессия и стресс – это еще не все. Теперь он, кажется, начал сходить с ума.
Вчера, после окончания длительного рабочего дня на алкогольном складе, где Валентин работал грузчиком, он, как всегда, по пути домой заглянул в бар, чтобы хорошенько выпить, забыться и отдохнуть. Бар, носивший довольно пафосное название «Гавань Души», был излюбленным местом Валентина для посиделок и выпивки. Это заведение находится в двадцати минутах пешего пути от того склада, где он работал, но это не мешало ему каждый день без исключения ходить туда после работы перед тем, как отправиться на метро домой. Как обычно, напившись до состояния, при котором уже сложно было думать или действовать, но еще можно было добраться до дома, Валентин вышел из Гавани и направился привычным путем в сторону ближайшей подземки. Хорошо освещенная фонарями улица ничем не приметного жилого района уже пустовала, несмотря на то, что на часах было только около девяти вечера. В эту пору поздней осени, тем не менее, было уже очень темно, и небо было затянуто сплошными облаками, полностью скрывавшими за собой звезды и луну. Конечно же, Валентину попадались на пути прохожие, иногда компания молодых людей, а иногда одинокие мужчина или женщина. Но только в те моменты, когда он оставался один, Валентин начинал замечать что-то необычное, нечто не свойственное в нормальных обстоятельствах. Проходя под оранжевым светом фонарей, он видел, что помимо своей тени он отбрасывает еще одну, совсем не такую, какой она должна быть. Не сразу заметив различия в тенях, сначала он списал это на своеобразное падение света, но почему-то не мог игнорировать это явление и продолжал рассматривать их на ходу. И чем больше он разглядывал обе тени, тем отчетливее вырисовывались в его опьяневшем разуме очевидные отличия между ними.
Читать дальше