— Как по-вашему, не могли личные переживания Малдера сказаться на его профессиональных суждениях?
Так вот к чему он клонит! Не-ет, тут надо отвечать четко и однозначно:
— Уверена, что нет!
Ответ как будто озадачил Блевинса. Шеф вернулся к столу и сел. И понес какую то невнятную чепуху, тщательно отрабатывая руками красноречивые и располагающие жесты. Уже все разложившая по полочкам Скалли ждала, на что решится начальства рассматривая канцелярские принадлежности и письменный прибор па столе, школьный глобус-сувенир, бронзового орла, распростершего крылья над чернильницами… На столе шефа отделения было на что посмотреть.
—Но вам надеюсь, понятно, что влияние переживаний агента Малдера на его профессиональные суждения вполне допустимо? — пальцы обеих рук сведены вместе, подчеркивая серьезность высказанной мысли. — И вам хорошо известно, что увлеченность агента Малдера столь спорными проблемами раздражает многих в нашем Бюро, — руки разведены, приглашая разделить искренние переживания но этому поводу. — А это дело подольет масла в огонь, — красноречивый жест в сторону газетной вырезки. — Я собираюсь запретить расследование, — «паркер» в правой руке зависает над бланком. Пора!
— Позвольте мне сначала переговорить с ним… — необходимо срочно объяснить мотив. Так, чтобы он поверил, именно он! Черта с два он поверит. Ну, пусть не верит. Лишь бы остановить его. Есть! — И дать вам свое заключение по этому делу — по результатам беседы…
Либо он сочтет меня стукачкой, либо законченной дурой. Результат один.
— Хорошо… Отложим решение. Сработало!
Штаб-квартира ФБР
Вашингтон, округ Колумбия
4 октября 1992 года Через полчаса
Если бы еще так же просто можно было бы и с Малдером обойтись!..
Уже через пять минут разговора Скалли чувствовала: еще одно слово, и она набросится на партнера с кулаками. Будет бить, драть ногтями, кусать — лишь бы стереть эту многозначительную ухмылку с его лица. Разумеется, он был бы последним, кому она рассказала бы об этом своем желании. Или хотя бы дала понять, что оно возникло.
— …всего этого недостаточно, чтобы начать расследование! — странно, что приходится объяснять это специальному агенту Фоксу Малдеру! А он сидит и — такое ощущение, что с интересом наблюдает за ходом психологического опыта, скотина. Пиджак на спинке стула, рукава рубашки закатаны, рука небрежно играет карандашом… Ему не надо изображать спокойную уверенность — она у него в крови. И проклятая увлеченность делом, погруженность в проблему по уши. И, вообще, прекрати делать из меня дуру!
— Замечательно, Скалли. Мы с тобой разошлись во мнениях. Не в первый раз и, уверен, не в последний.
Он явно удовлетворен ходом опыта.
— Если бы у нас были доказательства, мы бы…
— Что такое научный подход? Вот, теперь он проанализирует результаты психоэкзерсисов — и все равно останется при своем мнении!
— Стоит тебе задаться нелепым вопросом — и ты уже на полпути к научному открытию…
И в этом весь он — никакой связи с темой разговора. Как же мне убедить его?! Кстати — на столе журнал с очередной «желтой» сенсацией.
— Чем отличается это похищение от дешевой сенсации про… — как там в журнале? — …про столетнюю женщину, родившую ящерицу?
Получил?
— Тем, что ящерица появилась на свет далеко от озера Окабоджи.
— Ока… Как там?
— …боджи. 0-ка-бо-джи.
— И как я должна реагировать на это название?
— Положительно — если любишь ловить форель. И щелкать НЛО.
Есть ли в этом мире хоть что-нибудь, о чем не хранились бы в гигантской свалке под названном «память Малдера» хотя бы обрывочные сведения? А этот невозможный тип уже встает, гасит верхний свет, включает диапроектор… Удивительно, как много можно, при желании, разместить в конуре неотапливаемого подвала ФБР.
— Что значит — «щелкать»? — спросила, не очень-то ожидая ответа.
Так и есть — на стене уже привычное размытое изображение чего-то дисковидно-зуб-чатого, зависшего над деревьями. А он, тоном массачусетского профессора, дает комментарии:
— Четыре визита в августе шестьдесят седьмого года. Один зафиксирован пилотом метеорологической службы. Снимок увеличен с помощью современной свето— и цифровой технологии.
Пилот? Это уж больше похоже на свидетельские показания, заслуживающие внимания.
— Этот снимок сделан пилотом?
— Представь себе — девочкой-скаутом с камерой «Инстаматик». Четверо скаутов из девяти уверяют, что видели нечто странное. Если добавить нилота, то выходит — пятеро свидетелей.
Читать дальше