Утром в воскресенье подавленное состояние Сергея не отпустило. Он чувствовал за собой взваленную на него Виктором вину, но больше всего ему хотелось установить наконец свой авторитет в отношениях со своим помощником. После поездки за город в обращении последнего с Сергеем снисходительность окончательно уступила место неприкрытой язвительности и определенной презрительности.
«Я должен еще раз съездить на ту поляну, — наконец решил он для себя, не понимая, правда, что это ему даст. — Но что мне это даст? Наряжусь в «шкуру» царя и напугаю Виктора? Но он же меня сразу раскусит. Хотя… Если на несколько секунд, лишь несколько секунд мне удастся его пусть даже не напугать, а смутить, то, может, это даст мне какое-то моральное преимущество: ведь я буду свидетелем и даже причиной его страха или смущения. Или не буду. Кто знает, какая у него там психология… Или потом как-нибудь? Нет, зачем же откладывать на завтра то, что откладывать нельзя?»
Приняв решение, Сергей быстро собрался и в очередной раз покинул дворец через окно: отчитываться перед швейцаром о своих планах не хотелось. А уж тем более — изворачиваться и врать о том, куда и на какой срок он собирается отлучиться.
Перепрыгнув забор, он поспешил в направлении проспекта, который, как он заметил накануне, переходил в шоссе, ведущее к холму с плешью из рудных отвалов. Этот холм был единственным ориентиром, по которому он мог надеяться отыскать поляну.
На ближайшем перекрестке Сергей остановился. Движение здесь было довольно интенсивным, а вот пешеходов на тротуаре не было совсем. Горел зеленый, но Сергей не мог заставить себя сдвинуться с места и пересечь переход: он стоял под странным разрешающим знаком, на котором был изображен автомобиль, давящий пешехода.
Сергей не знал, сколько он так простоял в нерешительности и сколько бы еще простоял, если бы рядом с ним не появился мальчик лет десяти.
— Мой юный друг… — задорно начал мальчуган.
— Это еще вопрос, кто здесь юный, — огрызнулся Сергей, но беззлобно: он уже усвоил, что возраст персонажа соответствует возрасту игрока далеко не всегда.
Пешеходный светофор вновь вспыхнул зеленым. Сергей опрометью бросился на противоположную сторону.
— Дружище! Мужчина! — через две сотни шагов город вновь наполнился пешеходами.
— Ну что? Что?
Перед Сергеем стоял торгующий вразнос лоточник.
— Мужчина, купите халявы.
— Как это «купите халявы»?
Сергей всмотрелся в разложенный на лотке товар. Это были пачки халвы по двести и пятьсот граммов. На товарном ярлыке под словом «Артикул» рукой было вписано: «Халва» и указана цена.
— Так у вас же нет халявы.
— Нет?!
Пока лоточник озадаченно пытался осознать эту новость, Сергей двинулся Дальше. Путь к проспекту лежал через один из тех тенистых скверов, которым удается создавать в мегаполисе своей свежестью и чистотой воздуха ощущение загородного парка. Вокруг качелей и песочниц с визгом и заливистым смехом носились взрослые. На скамейке же с хмурыми, уставшими лицами сидела компания младшеклашек, жующих сигареты и потягивающих пиво.
— Держи его! Держи! — раздалось за спиной.
Мимо Сергея промчался гражданин в горящей шапке. Вслед за ним — возглавляющий погоню милиционер и несколько обывателей с огнетушителями.
— Что такое? — Сергей присоединился к погоне.
— Вор! Украл, понимаешь, кошелек, а на нем шапка и загорелась. Надо ж догнать и затушить, а то сгорит ко всем чертям…
Бежать спасать вора не хотелось. К тому же Сергей уже был на проспекте. В такси он долго возился с ремнем безопасности. Ремень отчего-то был не эластичным, а военным — кожаный и с бляхой. Водитель был пристегнут таким же.
— Чего вылупился? На бляхмобиле никогда не ездил? — раздраженно спросил таксист.
— Бляхмобиле?.. — задумался Сергей.
— Бляхмобиле, бляхмобиле. У нас весь таксопарк из бляхмобилей теперь. Закон же приняли.
— Дурной закон какой-то. Эти бляхи что, удобней?
— А бог их знает. Нас разве кто спрашивает? Скажут зарплату всю отдавать до копейки, будешь отдавать. Скажут без штанов ходить, куда денешься? Закон…
Сергей молчал. Таксист по-недоброму косился.
— Где же я тебя видел? — буркнул он. — Не на стенде ли «Их разыскивает милиция»?
Сергей не знал, стоит ли ему открыться таксисту, но решил, что хуже не будет.
— Господин Президент, — голос водителя волшебным образом превратился в поток сладкого киселя, — а вот как бы нам разрешить проблему пробок?
Читать дальше