shellina - Северус

— Здорово, наверное. А как будут в комнаты распределять?

— Начиная со второго курса — по личным предпочтениям. Первокурсников — случайным выбором. В течение года комнату они смогут поменять. Но тот состав, который останется на конец учебного года, закрепится до окончания школы.

В этот момент прозвучал колокол, оповестивший, что настал час отбоя.

— О, как поздно. Извини старика, я заболтался, — Альбус поднялся. — Беги в свою гостиную.

Ворон медленно пошел к выходу. Когда он уже подходил к двери, директор окликнул его:

— Северус, — он обернулся. — Будь осторожен.

Весь путь до гостиной Ворон размышлял об этой встрече. Он уже слышал, что несет в себе Хаос. Хаос есть суть разрушений — именно такое определение дал этому понятию маг Гильдии, когда учил юного вора основам магии. Понятно, почему директор испугался. А с другой стороны, Ворону было безумно интересно, что это была за девочка, которая когда-то давно так повлияла на директора, причем одним своим присутствием рядом с ним. Валет не мог даже представить себе, что за страсти тогда мучили Дамблдора, если он всю последующую жизнь старался подавить их, но даже сам сомневался, что ему это удалось.

Не задерживаясь в гостиной, Ворон сразу же прошел в спальню. Мальсибер сидел на кровати, скрестив ноги, и читал учебник по зельям. Ворону внезапно стало интересно, а как он повлиял на мальчика, который жил с ним в одной комнате уже полгода.

— А, Снейп, — Мальсибер потянулся. — Ты же понимаешь, что здесь написано? — он протянул учебник Ворону.

— Вообще-то здесь все написано по-английски, — фыркнул Ворон.

— Ты же прекрасно знаешь, что я имею в виду.

— Что тебе непонятно? — вздохнул Ворон и присел на его кровать. Эссе по трансфигурации откладывалось на неопределенное время.

Пока Ворон объяснял тему постоянно перебивающему его Мальсиберу, он настолько запутался, что неожиданно пришел к совершенно иному выводу, чем тот, что был описан в учебнике.

Валет замолчал, уставившись на притихшего Рейнарда, который все это время старательно конспектировал объяснения. Вырвав из рук Мальсибера пергамент, Ворон принялся изучать записи, а Мальсибер, нахмурившись, наблюдал за ним.

— Нужно будет проверить, — наконец пробормотал Ворон, сворачивая пергамент.

— Что проверить? — шепотом спросил его Мальсибер.

— Похоже, вместо настойки бодрости мы с тобой только что изобрели что-то принципиально новое, — Ворон нахмурился. Ему не терпелось узнать, что же у них получилось, но возможности такой не было. А на завтра у него было назначено занятие с Флитвиком.

— А что мы изобрели? — Мальсибера также мучило любопытство.

— Понятия не имею. Ладно, подождем до послезавтра. Попрошу Слагхорна дать мне допуск в лабораторию еще на один день.

— Сейчас еще только одиннадцать часов, — задумчиво пробормотал Мальсибер.

— Что ты предлагаешь?

— Пошли в класс зельеварения, попробуем сварить это нечто, — азартно потер руки Рейнард, а Ворон внезапно понял, что имел в виду директор, говоря о безрассудстве, которое посещает людей, находящихся рядом с ним.

— Пошли, — в кровь поступил адреналин, заставил сердце забиться в предвкушении предстоящей авантюры. Он еще раз посмотрел в пергамент, чтобы убедиться, что зелье действительно готовится из несложных компонентов и достаточно быстро.

Им удалось прокрасться в класс незамеченными. Они умудрились даже сварить зелье и налить его во флакон, чтобы утром показать Поппи Помфри для предварительного анализа. Они все вымыли, ничего не взорвали и уложились в один час.

Но вот кошку смотрителя Филча, которая разлеглась на ступени небольшой лестницы — той, что вела в коридор, заканчивающийся гостиной факультета, — они предусмотреть не могли.

Ворон, осторожно несший флакон с неизвестным зельем, в темноте не увидел серую кошку и наступил на нее. Заорали оба: и валет, и кошка.

Падая, Ворон умудрился извернуться так, что оказался лицом к коридору, из которого они вышли. Однако никакие его ухищрения не смогли защитить стеклянный флакон — тот вырвался из рук, пролетел по красивой дуге, упал на пол прямо перед началом лестницы и разбился.

Одновременно с этим послышалась приглушенная брань Филча, который спешил на помощь своей любимице.

Ворон чувствовал, что повредил левую ногу, наступать на нее было больно, но времени для более точной диагностики не было, как не было времени и на то, чтобы посмотреть на эффект, произведенный разлившимся зельем.