Кира Стрельникова - Не играйте с некромантом

— Так лучше, милая, я не хочу рисковать тобой, а в моем доме действительно безопаснее, — чуть тише добавил мой некромант, и от тревоги в его словах я едва не разревелась в голос. — Просто продержись.

— А если… — Я сглотнула вязкий ком, но продолжила: — Если кто-то в дверь будет ломиться? У Анжуйского наверняка есть помощники, обычные люди!..

— Я вернусь до полуночи, — твердо заявил Гастон, глядя мне в глаза и продолжая гладить мои щеки. — Предупрежу короля, попрошу у него помощи, я успею в Лувр по пути заехать. А обычных воришек, желающих вломиться в мой дом, тоже ждут неприятные сюрпризы. — Глаза Гастона нехорошо блеснули. — Не переживай, Полли, здесь ты действительно в безопасности.

Да, страх еще скребся ледяными когтями в груди, не давая толком вздохнуть, слезы не хотели заканчиваться, но той паники, что скручивала внутренности и туманила сознание, уже не было. Слова моего некроманта успокаивали, они звучали так уверенно, что я тоже потихоньку успокаивалась.

— Как ты в Лувр поедешь, если за нами следить могут? — вернула я ему его же слова и нахмурилась, тревога за моего мужчину не желала утихать.

— Пойду через ту сторону, — пояснил Гастон и улыбнулся. — Переживешь несколько неприятных минут, Птичка моя?

— Переживу, — послушно повторила осипшим голосом и неуверенно улыбнулась. — Тебя там не отследят? Нежить ведь Анжуйскому подчиняется…

— До ритуала — нет, если не было прямого приказа следить за мной, — снова терпеливо объяснил Гастон. — Пока же на меня лишь охота объявлена. — Он хитро прищурился и поцеловал меня в кончик носа.

Успокоил, конечно. Я изведусь тут вся, пока он будет решать проблемы! Но Гастон прав, мне лучше оставаться здесь, тогда ему меньше волнения будет, что со мной что-то случится. Я вспомнила Нотр-Дам, как герцог не мог ко мне прикоснуться, и моя тревога еще убавилась. Моя же сила защитит меня от него, если что. И Гастон обещал вернуться. Он обнял крепко-крепко, потом отстранил, взял за руку, мы спустились вниз. Лоран завел меня в темную гостиную, усадил на диван и сам присел напротив на корточки.

— Полли, — позвал Гастон, и я вопросительно глянула, сцепив руки и пытаясь унять дрожь.

Мир в одночасье перевернулся, и с трудом верилось, что еще утром я чувствовала себя совершенно счастливой. Ничто не предвещало беды, а ведь стоило подумать о том, что Анжуйский просто так не отступится. Слишком долго он при дворе, слишком долго занимается интригами, и не нам с ним тягаться. И все же мы попытаемся, потому что не можем иначе. Если получится предупредить короля, попросить его о помощи, все будет замечательно и никто не пострадает. Я очень хотела верить в это. Гастон, пристально глядя, достал что-то из кармана и взял меня за руку.

— Я хочу, чтобы ты носила вот это, — без тени улыбки произнес он, и в следующий момент на мой палец скользнуло что-то прохладное и плотно село на него.

Опустив глаза, я увидела, что это старинный перстень из светлого металла, похожего на серебро, украшенный овальной формы крупным камнем густо-синего цвета. Внутри него мерцала белая звездочка, и я как зачарованная уставилась на нее. Казалось, необычное сердце камня бьется в такт пульсу, и паника, страх отступали. Я начала дышать ровнее, перестали дрожать руки, и в сознание робко стукнулась мысль, что мне подарили кольцо. Да не какое-нибудь, а очень похожее на фамильное. Я вскинула голову и недоверчиво уставилась на все такого же серьезного Гастона; он сжал мои ладони, не сводя с меня взгляда, и поднес их к губам.

— У нас еще будут дети, Полли, и я собираюсь назвать тебя своей женой, — негромко сказал он, а мои эмоции снова в который раз за последние минуты поменяли полярность. Я жадно слушала Гастона, не перебивая, не бросаясь на шею с выражением признательности и восторгами, черпая в спокойном, ровном голосе уверенность в том, что все обойдется. — И поэтому я вернусь за тобой, Птичка моя. — Он чуть улыбнулся. — Ты веришь мне?

— Д-да. — Голос все же дрогнул, а в сознании все смешалось, перевернулось, и даже голова закружилась.

— Ты станешь моей женой? — спросил Гастон, обхватив ладонями мое лицо и притянув к себе близко-близко.

Я улыбнулась, взволнованная и слегка сбитая с толку словами своего некроманта. И я знала, что он говорит все это не потому, что хочет утешить меня и успокоить, а потому, что… Черт возьми, даже самые важные слова для любой женщины я слышу не в романтичной и красивой обстановке, а в момент серьезной опасности для всех нас. Не удержалась, тихонько хихикнула, чувствуя, как кровь быстрее побежала по венам, и уже тверже ответила на вопрос Гастона: