Флориан Эйприл - Эльдорадо

– Значит, искать пустынное место не нужно? – удивилась она. – И здесь мы, в магическом смысле, как на ладони?

– Если ветер будет попутным, мы быстро доберёмся до Вересковой Пустоши, а уж там есть где спрятаться!

Вскоре дождь закончился, небо очистилось, и лодку осиял свет солнца, клонившегося к закату. Пробиваясь сквозь далёкую пелену тумана, лучи окрасили рябь на воде и оставшиеся перистые облака в розовый цвет.

Андреас вышел из каюты и потянул верёвку такелажа, снова устанавливая парус. Ткань затрепетала, словно крыло огромного фламинго, затем наполнилась свежим ветром.

В мягких вечерних сумерках путешественники увидели берег, полностью покрытый прекрасным бело-лиловым цветением вереска.

Они направились к деревянному пирсу, где какой-то здоровяк вдвое шире и гораздо выше Андреаса, настоящий великан в тёмно-сером плаще и простом коричневом костюме с широким кожаным поясом, как раз привязывал к швартовочному столбу маленькую лодочку.

Детина обернулся, когда Серый рыцарь ступил на дощатый настил пирса, чтобы тоже привязать их с Линеттой судно.

– Андреас?! Ты ли это, старина?! – лицо великана расплылось в добродушной улыбке, и он отвесил лёгкий поклон Линетте, которая как раз выбиралась из лодки, опираясь на руку Серого рыцаря.

– Оливер? – Андреас пригляделся повнимательней.

– Он самый, хе, хе! Однажды ты спас меня от грабителей, помнишь? – Оливер гостеприимно указал на тропинку, ведущую сквозь вереск. – Идём! Добро пожаловать, переночуете в моём доме!

Они пошли к одноэтажному, но массивному каменному строению, в окнах которого сиял янтарно-жёлтый свет.

Оливер отворил высокую прочную дверь, и они вошли в просторный зал. Пылающий в камине огонь освещал большой деревянный стол и длинные скамьи вместо стульев. Оленьи рога висели на стене в качестве вешалки для шляп. Простой, непритязательный интерьер.

– На ужин сегодня тушёная рыба! – объявил хозяин, снимая плащ, и жестом пригласил гостей присаживаться.

– Рыба? – Линетта расстегнула кафтан. – Это хорошо! Сегодня утром тролли так и не дали нам её отведать...

– О! – Оливер удивлённо поднял брови, снимая с горячих кирпичей камина большой пышущий паром котёл и ставя его на стол. – Расскажите-ка мне, что там нынче в мире творится!

7.

– С Линеттой и Андреасом всё будет в порядке, – заверил Айвэн, глядя на удалявшееся Малахитовое Плато. После того, как они покинули горы, к нему вернулась его обычная жизнерадостность. – Никто и никогда не может поймать Серого рыцаря в лесу!

– Судя по всему, – сказал профессор, стоя рядом с эльфом у перил кормы, – они направляются в Озёрный город.

– Надеюсь, – Джим повернул штурвал, – через пару дней мы их там встретим. Но сначала нам самим нужно туда добраться.

Прибой шумел у потрескавшихся скал. Горы исчезли вдали, и теперь за неровной линией берега была серая безжизненная местность, усеянная камнями и щебнем.

– Здесь начинаются Пустынные земли, – МакЛеллан достал свою компактную подзорную трубу и навёл её на унылый берег, пену прибоя у отполированных валунов и каскады брызг. – Одного поэта они вдохновили на такие строки:

У других берегов догорают закаты,

Никогда не жалея о прожитых днях.

Но в холодном и тёмном краю снегопада

Мы не встретимся даже в изменчивых снах.

За далёкою далью зажгутся рассветы,

Но на грани зари не увидимся мы.

Никогда не вернётся ушедшее лето

В ледяную страну одинокой зимы...

– А что за беда здесь случилась? – поинтересовался Джим, когда они проплыли мимо полуразрушенного замка, осыпавшихся серых камней и потрескавшихся стен, типичной картины полного запустения.

– Я читал в одной летописи, – ответил профессор, – что тролли однажды соорудили здесь свой портал. Его длительное гнусное излучение отравило природу. Деревья и цветы умерли, и земли стали бесплодными.

– Да, – Джим кивнул, – тролли всегда всё оскверняют.

– А почему бы нам не отыскать и не разрушить этот портал? – после непродолжительного молчания с энтузиазмом предложил эльф. – Я его чувствую!

Они вместе свернули паруса. Джим опустил якорь. МакЛеллан принёс из своей каюты большой жёлтый свёрток, положил его на палубу и присоединил к нему серебристый газовый баллончик. Затем он открыл на баллончике кран, и воздух начал надувать свёрток, заставляя его постепенно разбухать и принимать форму большой резиновой лодки.