Иван Городецкий - Артефактор

Справа от него сидел сухощавый старик, абсолютно лысый, но с пышной седой бородой. Мерл Гриан Борд — декан кафедры артефакторики, — прочел я на табличке перед ним. К нему, по понятной причине, я присмотрелся куда внимательнее. Все же именно эту стезю выбрал для себя. Сам Гриан Борд по направленности магии был земляным и огненным магом со средним даром. Эльм у него был тонким, но конечно, не настолько, как у меня. Как раз в той мере, какая позволила ему считаться успешным мастером-артефактором.

А вот женщина, сидящая слева от темного мага, была обычным преподавателем по целительству. Именно перед ней лежал обруч, с помощью которого наверняка и происходила проверка студентов на наличие дара. Что и неудивительно. Как я понял из рассказа Бастиана, для этого необходим целитель. То, что в комиссии для проверки простолюдинов в качестве целителя участвует обычный преподаватель, тоже не удивило. Декан, скорее всего, задействован на проверке аристократов.

Ничего примечательного в этой стареющей женщине лет сорока пяти не было. Вообще она сильно напоминала старую деву из фильмов про девятнадцатый-восемнадцатый век. Эдакая меланхоличная особа с одухотворенным лицом, робкая и стеснительная, которая на мужчин боится даже посмотреть лишний раз. При моем появлении засмущалась и поспешила отвести глаза. Интересно, как она студентов учит при таком характере? Ведь это такая братия, что живьем съест, едва слабину почувствует в преподавателе! Хотя, может, в местной Академии все не так, как в моем родном мире. И к любому преподавателю тут относятся с уважением.

Единственное, что было в дамочке примечательного — это размер ее источника. Как целитель, она очень сильна. Я скользнул безразличным взглядом по табличке на имени. Мерла Эйрия Линдс.

Мне указали на стул, стоящий перед столами преподавателей, и я опустился на него.

— Назовите ваше имя, сословие и возраст, молодой человек, — скучающе обратился ко мне темный маг.

Похоже, эту фразу он повторял сегодня уже не один десяток раз. Да и вообще никакого интереса ко мне не проявил. Явно отбывал повинность, сидя в комиссии. Если вспомнить, что отбор продлится неделю, преподавателям остается только посочувствовать.

— Аллин Нерт, простолюдин, шестнадцать лет. Но в декабре мне исполнится семнадцать, — отозвался я.

Все эти данные секретарь старательно записал за мной в книгу и вопросительно посмотрел на магов. Сам он, кстати, обладал слабеньким водным даром, но явно звезд с неба не хватал. Вполне возможно, что был одним из студентов старших курсов, которого задействовали в помощь преподавательскому составу. Но об этом я мог только догадываться. На всех присутствующих были какие-то артефакты, мешающие их просканировать ментально. Причем артефактами являлись броши с эмблемами Академии, которые у всех членов комиссии были красного цвета, а у секретаря светло-синего. Присмотревшись получше к его эмблеме, я заметил четыре насечки на ней. Неужели они обозначают число пройденных курсов обучения? Если так, то мое предположение насчет него полностью верно.

— Ваша очередь, мерла Линдс, — обратился темный маг к целительнице.

Та вспорхнула из-за стола и засеменила ко мне, спеша выполнить распоряжение декана, что смотрелось довольно комично из-за ее попыток при этом казаться величественной. Получалось последнее откровенно плохо.

— Обруч забыли, — шепнул ей вслед лысый старик.

Она застыла на месте, покраснела до корней волос, потом вернулась за обручем и, уже не делая попытки казаться величественной, с еще большей поспешностью двинулась ко мне. При этом на мое лицо старалась вообще не смотреть, уставившись куда-то в район шеи. Подошла ко мне и возложила обруч на мою голову. Для этого ей все-таки пришлось посмотреть на меня, и она тут же залилась краской еще больше. Это показалось мне забавным, и я едва удержался от хмыканья.

Но стоило артефакту начать работать, как поведение женщины резко изменилось. Она вдруг стала собранной, сосредоточенной и уверенной в себе. Даже взгляд теперь казался совсем другим. Если она так и в преподавательской деятельности умеет переключаться, то пожалуй, был не прав в ее первоначальной оценке. Но по мере того, как Эйрия Линдс изучала данные моего сканирования, на ее лице явственно отражалось глубочайшее изумление. В конце она даже неверяще уставилась мне в глаза, не проявляя никакого смущения.

— Этого не может быть!

— Чего не может быть? — нетерпеливо спросил со своего места Джорай Илгер.