— Основные силы врага были разбиты еще при наступлении. Правый и левый фланги еще какое-то время пытались сопротивляться, но и они довольно быстро пали. Теперь же их остатки отступают к крепости. — парень даже усмехнулся. — Как будто она им поможет спастись.
— Понятно.
Меч вернулся обратно в довольно массивные золотистые ножны, а сам их владелец перевел взгляд в сторону огромного замка, который был осажден его войском.
Внешне он был таким же, как и множество других подобных ему: высокие каменные стены, что в данный момент сдерживали натиск неприятеля, продолжали держаться и храбро принимать на себя все удары; массивные деревянные врата, которые сейчас пытались пробить стенобитным орудие, с трудом прогибались под каждым новым ударом, продолжая при этом довольно нервно и жалобно скрипеть; множество высоких массивных башен, с которых по их войскам вели обстрел из луков, а также всевозможными атакующими заклинаниями.
Типичная и в тоже время довольно примитивная тактика обороны.
— Маги на позициях?
— Все уже давно готово. Ждут лишь твоего приказа. — парень, что имел длинные светло-розовые волосы, скрепленные позади в небольшой хвост, мгновенно оживился. — Пара бы нам уже закончить эту нелепую игру в войну.
— Верно. — шагнув вперед, он сжал рукоять меча. — Пора заканчивать с этими играми.
Меч мгновенно выскользнул из ножен, поднявшись вертикально вверх. А затем таким же быстрым движением он скользнул вниз.
— Огонь! — И его лезвие указало на крепость.
Мгновение и на крепость обрушилось огромное количество магических заклинаний. Они, подобно нескончаемому бурному граду, уничтожали выставленные ранее защитные барьеры и некогда неприступные каменные стены, разрывая их на множество кусков и разбрасывая огромные валуны и куски камня в разные стороны. Ничто было не в силах выстоять от столь сокрушительной и невероятно мощной атаки.
Множество защитников пали вместе со стенами. Другие же, более везучие, отделались небольшими ранениями и ожогами, и теперь, пытаясь прийти в себя, старались подняться и снова держать оборону. Вот только нахлынувшие в замок войска, путь которым уже был открыт, убивали всех без разбору: будь то раненные, покалеченные, изуродованные и лишенные нескольких конечностей или же половины тела молодые парни, старики или же дети, что хватились за мечи павших отцов и братьев, чьи горькие слезы смешивались с их собственной кровью…
Они никого не щадили.
Никому не суждено было спастись.
Всего за какой-то час, ранее неприступная крепость Астариона, о которой ходило множество легенд и слухов, пала, а все ее ярые непобедимые защитники были убиты, в то время, как мирные жители просто сдались на волю захватчикам.
Легенды и слухи оказались ложью…
Лишь ее правитель, напыщенные и жадный до злата граф, что пытался скрыться, пока его народ и защитники гибли, смог уцелеть. Но и он не смог далеко уйти, так как солдаты сумели отыскать его и схватить. И теперь же, это бесхребетное животное пыталось всевозможными способами спасти свою жалкую шкуру.
Деньги… Женщины… Замок… Люди… Он пытался откупиться от него всем, чем только мог. Вот только все, что он предлагал ему либо было мертво и утеряно, либо уже принадлежало ему.
— Заткнись, мерзкий ублюдок!
Тяжелый удар ноги заставил довольно толстого графа умолкнуть. Его заплаканное и пухлое лицо с силой вжали в мокрую от крови землю, в то время, как рядом стоящие солдаты продолжали лишь смеяться и насмехаться над ним. Сам же граф лишь сжался и беспрерывно дрожал, подобно загнанной в угол дичи.
— Будешь говорить лишь тогда, когда тебе позволят.
— Мерзкий ублюдок! — прозвучал разъяренный голос какого-то солдата, что был совсем неподалеку, а затем по довольно пухлому и толстому телу графа пришелся очередной удар.
Солдаты продолжали смеяться, а их смех лишь крепчал и эхом проносился по разрушенному двору крепости. Они один за другим избивали графа, что был не в силах как защититься, так и дать отпора этим варварам, что захватили крепость и поработили его народ. Страх сковал его тело и разум.
Страх того, что жизнь очередного бесполезного человека будет оборвана…
— Поднимите его. — прозвучал холодный и в тоже время немного уставший голос.
Двое солдат, что избивали толстого графа, мгновенно утихли и стали серьезнее. Веселье на их лицах давно сменилось весьма серьезным выражением лица, в котором читалось лишь глубокое уважение и почтение. Остальные же воины мгновенно выпрямились и приложили кулаки к груди, таким образом отдавая честь своему лидеру и господину, за которым они верно следовали.
Читать дальше