Ратионы оказались перед фактом, что в космосе появилась звезда, уничтожавшая населенные миры. Ее невозможно было остановить. Уничтожив несколько планет вокруг Рраира, звезда обрушилась на планеты рэгетов. Она прошла по ним, снося все на своем пути. Hо ее действие оставалось избирательным. Звезда-убийца двигалась меж звезд и уносила только высокоразвитые миры. Ратионы, оставшиеся в живых, поняв это, улетали к другим планетам. Они разлетались в разные стороны, продолжая поиски путей борьбы со звездой.
Рэгеты теперь и сами удирали от своего творения. Война между ними и ратионами захлебнулась. В какой-то момент ратионы встретили тех рэгетов, которые знали что породило звезду. Hо было уже поздно. Убийца продолжала сносить целые планетные системы вместе с их звездами, и ничто не могло ее остановить.
Планеты не могли улететь от своих звезд. Лишь самая малость жителей планет имела возможность улететь и оставшимся оставалось только наблюдать неотвратимое приближение звезды-убийцы. Она приходила и убивала.
Эпилог.
Блуждающая звезда ходила по галактике около миллиона лет. В ней не было ни капли разума и жизни. Мертвый объект, порожденный дестабилизатором поля. Сам дестабилизатор давно прекратил свое существование, но область дестабилизации поля осталась. Она существовала сама по себе, и как волна, не имеющая затухания, продолжала свой путь через галактику. Hа нее действовали биополевые волны, которые притягивали область дестабилизации к своему источнику. Звезда продолжала свое движение, уничтожая эти источники и получая от них новую энергию.
Она уничтожала все попытки возрождения цивилизаций, которые неизменно приводили к появлению сильных биополевых волн, притягивавших смерть. Общее биополе галактики ослабло и опустилось почти до нулевой отметки. Разум галактики угас. А оставшиеся живые планеты погрузилась во мрак дикой жизни.
Hа неизвестных далеких планетах в тайниках лежало старое оружие ратионов. Его некому было использовать. Ратионы покинули эти миры, пытаясь скрыться от звезды-убийцы, и оставили свое оружие, притягивавшее Звезду-убийцу.
Hо кристаллы мертвы. Они не излучали биоволн сами по себе, и звезда обошла эти миры стороной. Она по прежнему реагировала на биоволны, двигаясь по глалактике кругами и поглощая всех, кто осмеливался возродить технологию. Для нее достаточно было совсем небольшого сигнала, что бы выбрать новую цель. Миры, где разумные существа жили как дикари и не пытались развиваться, оставались не тронутыми. Если же возникало развитие, это приводило к возрастанию численности населения и, как следствие, к увеличению общего биополя планеты, которое вызывало на себя удар.
Звезда Смерти медленно прошла по краю галактики и получила новый толчок. Полевая волна пришла из другой галактики. Реакция звезды была однозначной. В ней не было разума. Она не могла понимать и думать. Ей было без разницы, далеко или близко источник поля. Поле было полем везде, а звезда двигалась по направлению к источнику биоволн. Она ушла, набирая скорость и оставляя позади себя раззоренную галактику. Теперь Звезда-убийца неслась к другой галактике, туда, где существовала другая жизнь, другие развитые миры, еще не подозревавшие о нависшей над ними угрозе.
Галактика ратионов не умерла. Звезда убила разум, излучавший биоволны, но она не убила тех, кто порождал разум. Биоволны неразумных существ были слишком слабыми. Она не убила и маленькие колонии разумных существ, тех кто спрятался от нее и не использовал никаких технологий. Запрет на полевые технологии в таких колониях быстро перешел на обычные. Разумные существа теряли знания, накопленные их цивилизациями за сотни тысячелетий, но эта потеря была не сравнима с тем, что они могли потерять. Те кто решался вновь начать развивать науку и цивилизацию настигала смерть и вера в это стала незыблемой, превращаясь в настоящую религию.
Звезда оставила маленькие колонии. Hе убила она и ничего не подозревавших детей, которые бегали по Ренсу и играли друг с другом, наслаждаясь своей жизнью и свободой. Теперь смерть неслась к новым мирам, туда, где сила разума на много превышала силу галактики ратионов, опущеной на уровень дикой жизни.