Попаданец

Ага! Что, суммонер, жим-жим?!

Темный, углядев стремительно приближающихся к нему эфирников, оттянул пару своих «тряпок» на собственную защиту. У моих «солдатиков» дела тут же пошли налад — только ошметки во все стороны полетели! И вестников паре фантомов остановить не удалось — астральные ящерки деранули их по паре раз своими оборонительными «спецсредствами» и вновь навелись на получателя. Балахонщик запаниковал, что вполне понятно и естественно, когда на тебя со всех сторон кто-то скалит зубы или точит когти. Думаю, перерасход маны тоже внес свою лепту… Противник вывесил новый щит, уйдя в глухую оборону, как в плане физических атак, так и в плане атак астральных. Пусть даже последние и не думали на него сыпаться — попытки вестников пробиться к адресату были страшны только с виду и при большом перепуге, хотя впечатляли даже меня своими визуальными эффектами и нудностью. Точно так же осы в стекло долбятся: разгон — переворот — удар спиной, разгон — переворот — удар спиной… и так до бесконечности, пока форточку не найдут.

— Как наши дела? — загнав противника в оборону, я тем самым смог открыть себе возможность маневра и тут же ею воспользовался. Лук с уже наложенной на тетиву последней стрелой из кивера отработал не по исходящей серовытым туманом сфере щита (сомниваюсь я, что даже наполненная манной летунья его прошьет), а по одному из «полотнищ», сцепившихся в клубок с троицей астральных «солдат». Сманеврировал, так сказать, «огнем» и вполне удачно — один из фантомов растаял. Теперь рогатого в сторону — в руки фламберг и…

— Не так хорошо идут, как кажется, — ответил хранитель. — Это существо является Слугой какого-то темного с уклоном в смерть бога. Приглядись внимательно: призванные тобой твари, что бросаются на щит, слабеют с каждым мгновением. Они не сдохли только потому, что тоже из тьмы и подпитываются силами душ из кристаллов.

Последние, кстати, не справлялись, не смотря на убыль призванных «солдат» — зарезервированный объем маны таял с невероятной скоростью для всего трех средненьких тварей на кристалл.

— Ну, это поправимо, — я поочередно скаставал на каждый кристалл «наделение», залив их «под пробку».

— Ненадолго… — возразил Слуга Сееле.

— Как раз хватит этого кренделя обмануть. Я так понимаю, он меня глазами сейчас не наблюдает, так же как и я его, правильно? Знает, где я в силу только способностей Слуги. Ну а на этот хитрый винт у меня есть кое-что с лабиринтом. Сливай в меня всю накопленную ману и прячься, как только можешь.

— А, «Отрицание»… я понял. Держи, — в меня хлынул поток безвкусной силы.

Я повел плечами, закованными в доспехи — сильно зачесалось спина вдоль позвоночника и скастовал спертый с оскверненного посоха Истиный спел.

«Я тучка, тучка, тучка… а вовсе не чувак…», — в тему песенка.

Теперь перекрыть «кислород» «солдатикам» — пусть дохнут как бы от «естественных» причин и бочком-бочком вдоль стеночки к балахонщику за спину.

«Я Чучундра, здоровая мускусная крыса, и меня совсем-совсем не видно…»

Призванные мной твари кончились на десятом шаге. Эфирники добили «тряпки» и вернулись в кристалл на тринадцатом. Вестники все еще продолжали колотиться в сферу щита, уворачиваясь от основательно потрепанных их обороной фантомов. Хаотичная стычка замерла, готовая возобновиться с новой силой.

Десять шагов до… восемь шагов до… переступить через труп гончей, шесть шагов до… перехватить рукоять меча «обратным» хватом — буду не рубить, а колоть… четыре шага до… сфера щита истончается, радиус распространения «тумана» увеличивается… два шага до… и один до границы «туманной ауры», смотрю строго себе под ноги, что бы темный не почуял меня раньше времени. Сейчас… сейчас… Медленный и осторожный замах…

Балахонщик спалил меня в последний момент — аура тумана скачком увеличила свой радиус более чем вдвое, накрыв меня волной слабости, а сам темный начал оборачиваться — не был он уверен, что я действительно у него за спиной, наверно… Однако эти «телодвижения» уже ничего не решали — быстрый (потому что подготовленный) толчок силы в меч, короткий подшаг и точный, я бы даже сказал разящий, удар в область поясницы острием клинка сверху вниз.

«Ломстер» тут же начал пить пораженного им врага. Я, пользуясь им как рычагом, «нагнул» темного до состояния «лежа плашмя» и, превозмогая усиливающуюся слабость в теле, развернул с пояса свой посох. Отравленное жало тычком в область груди слева, само «древко» пропустить под руками, тянущимися к лезвию клинка в пояснице, и стянуть в локтях. Голова темного очень удачно поворачивается набок и горящие красным глаза силяться рассмотреть меня сквозь ткань глубокого капюшона… но находят лишь взгляд мертвых зрачков головы тотемного посоха. Есть! Стан на этого кренделя явно имеет действие!