Я предложил Магде остаться здесь: мол, дальше пойду сам, но она протестующе зарычала. Мне показалось, она решила пойти до конца, но не ради меня. Старым волкам редко представляется возможность совершить подвиг. Магда наслаждалась своей важной ролью, и теперь скорее умрет, чем сдастся. Как полувампир я ее понимал. Не хотелось, конечно, чтобы волчица умерла из-за меня. Но я решил с ней не спорить.
Ночь мы провели в туннеле в самом подножии Горы. Молодым волкам не терпелось продолжить путь, но я понимал, что и вампиры, и вампирцы бодрствуют ночью, а значит, идти опаснее. Так что волкам пришлось тоже остановиться на ночлег. Наконец, когда вход в туннель осветили первые лучи солнца, я встал, кивнул волкам, и мы начали подъем.
Магда вела нас по узким туннелям, которыми вампиры не пользовались. Большинство из них были естественного происхождения, в отличие от коридоров, которые соединяли Залы. Часто приходилось карабкаться на четвереньках или ползти по-пластунски. Это было нелегко (и больно — ведь я по-прежнему был голым!), но я не обращал внимания на боль и усталость и только радовался: раз ни вампиры, ни вампирцы не пользуются этими туннелями, никто нам не встретится!
Время от времени останавливались отдохнуть. Особенно трудно подъем давался Магде: вид у нее был такой, будто она вот-вот помрет. Но и другим было не очень просто. Все взмокли, тяжело дышали, постанывали от боли в мышцах и ломоты в костях.
Когда мы отдыхали в пещере с покрытыми фосфоресцирующим лишайником стенами, я задумался: откуда Магда знает эти туннели? Видимо, в молодости она отбилась от стаи, заблудилась, оголодала, попала сюда и путем долгих проб и ошибок нашла дорогу к теплу и пище. Если так, то у нее феноменальная память. Как раз в тот момент, когда я думал о том, какая у всех животных хорошая память, Гром вдруг настороженно принюхался, затем вскочил и побежал к выходу. Молодые волки последовали за ним. Все трое оскалили клыки и тихо зарычали.
Что-то тут не так. Поднял камень и пошел узнать, в чем дело. Но когда я, глядя на волков, пересекал пещеру, из темноты под потолком на меня кто-то бросился, ни слова не говоря, сбил с ног и грубо заткнул мне рот какой-то костью так, что я не успел даже вскрикнуть!
Я уже вскинул руки, готовясь защищаться, и тут трое волков бешено залаяли — но не на меня и не на того, кто на меня напал. Нет, они лаяли на кого-то еще, где-то впереди в туннеле затаился кто-то еще более опасный, такой опасный, что они даже забыли о напавшем на меня создании. Магда спокойно лежала на камнях и смотрела на меня, в ее глазах светилось любопытство, но не тревога.
Я замахнулся, но тут напавший на меня сказал что-то вроде: «Гурлабашта!» Я попытался прокричать что-то в ответ, но у меня вырвался только слабый стон, потому что между зубами у меня была зажата кость. «Гурлабашта!» — снова рявкнул мой противник, убрал кость и поднес свои костлявые пальцы к моему рту.
Поняв, что моей жизни ничего не угрожает, я успокоился и стал с подозрением рассматривать того, кто сбил меня с ног. К моему великому удивлению, это оказался один из худых, бледных Хранителей крови с прозрачными глазами. Он явно был чем-то встревожен. Приложив палец к своим губам, он указал на волков, которые лаяли громче, чем когда-либо, а потом на потолок пещеры, откуда он спрыгнул. Подтолкнув меня к стене, Хранитель показал на выступы, за которые можно уцепиться, быстро вскарабкался вверх и скрылся в темноте. Я постоял немного в нерешительности, глядя на обеспокоенных чем-то волков, и стал взбираться вслед за ним.
У самого верха была широкая трещина, куда и впихнул меня Хранитель. Сам он спрятался в небольшой выемке неподалеку. Я молча, с волнением ждал, что же будет дальше. И вдруг услышал чей-то голос, полный злобы.
— Тихо! — прошипел кто-то волкам. — Эй вы, шелудивые псы, а ну-ка заткнитесь!
Волки перестали выть, но продолжали грозно рычать. Они немного отступили назад, и я увидел, как из тени показалось чье-то красное лицо — вампирец!
— Волки! — воскликнул вампирец и плюнул. — Черт бы их побрал!
— Оставь их в покое, — сказал второй вампирец за его спиной. — Они нам ничего не сделают, если их не трогать. Пусть себе бродят здесь в поисках еды.
— Если они не прекратят тявкать, нас скоро обнаружат вампиры, — злобно пробормотал первый вампирец, и я увидел у него за поясом острый нож.
— Они лают потому, что почуяли нас, — сказал второй и потянул за собой первого. — Они перестанут, когда мы…
Читать дальше