Array Array - Мастер сновидений

Одрик тем временем продолжает допрос моего подданного:

— Юмми, а кто такая Хозяйка?

— Хозяйка?

— Да.

— Она … э–э–э …. Приедешь — увидишь.

— А ты не мог бы ее описать?

— Нет. Нельзя, она может обидеться.

— Так она же не узнает.

— Узнает. У нее много слуг.

— Но тут же ее слуг нет.

— А этого мы с тобой не знаем. Может и есть, только мы их не видим.

Вот это да! Еще и шпионская сеть! Армия и шпионы есть, только полководца не хватает, чтобы завоевать весь мир. А зачем оно мне нужно? А совсем не нужно, но какие перспективы!

Одрик опять начинает задавать вопросы, какой любознательный юноша.

— Юмми, а на кого похожи слуги?

— В каком смысле «похожи»?

— Ну, как они выглядят?

— Э–э–э … у–э–э… Я не знаю, как их описать. Они разные…. Для разных работ используются разные слуги.

— Как понимать «разные»?

— Ну, размер у них разный. Руки и ноги у них разные…

— А сколько у них ног?

— Много.

— А рук?

— Тоже много.

— А голов сколько?

— Голова одна.

Да, от таких объяснений даже я запуталась. Но эта Хозяйка со своими слугами у меня доверия не вызывает. Не помню я в дневниках у дядюшки ничего подходящего под описание Хозяйки и ее слуг. Может я конечно еще не все дневники прочитала, может он об этом там написал. Но Хозяйку с ее слугами я заранее боюсь. Надеюсь, что она мне в подданные напрашиваться не будет.

— Юмми, если вас там много, то чем же вы там питаетесь? — Да, еще один интересный вопрос.

— Мы разводим илларей, гварричей и рыбу. Ловим лягушек, выращиваем хлебные лианы(95) и еще много всего разного, чего в болоте растет.

— А Хозяйка и ее слуги, они что едят.

— Что ест Хозяйка — я не знаю, ее слуги кормят. А слуги едят, что поймают в паутину.

— Так они что паутину плетут? Как пауки?

— Да, почти как пауки.

— Почему почти?

— Потому что путина у пауков маленькая, а паутина у слуг большая, они ей много чего ловят. — Торкана при этом ответе Юмми как–то вся напряглась, видно вспомнила что–то из своего прошлого похода в топи, и стала нервно крутить на руке браслет с Диком.

Вопросы у Одрика наконец–то закончились, хотя я думаю, что он просто думает, о чем еще можно спросить Юмми.

Вот еду я и смотрю на своего поданного и думаю: у всех подданные нормальные — люди или эльфы, а у меня…. В общем, все не как у нормальных людей. Земли — Топи, подданные — оборотни и пауки. А сама я, в таком случае, человек или нет?

Ну, в какой–то степени человек. Но! Но это можно тоже поставить под вопрос. Во–первых, во мне живут два человека, две личности, вернее — полторы. Полтора землекопа…. Себя я считаю целой частью, хотя даже тут не все ладно, и еще часть личности Лианы. Большую часть ее личности я из себя с помощью Мары удалила, но если есть воспоминания, то есть и часть личности. Правда последнее время Лиана дает о себе знать все реже и реже, и мы все больше и больше сливаемся в одно целое, но все равно раздвоение личности налицо. Ее воспоминаниями я давно пользуюсь как своими, но полностью осознаю, где заканчивается ее память и где начинается моя. Но эта грань с каждым днем становится все тоньше и тоньше, и не далек тот день, когда наши личности полностью сольются,

Эти изменения моей личности хорошо видны в ауре, она сильно изменилась с тех пор, как я вспомнила, вернее с тех пор как у меня появились воспоминания Лианы. А аура у меня все еще продолжает меняться, как у новорожденного ребенка, потому я и в эльфийский банк не пошла, там же все на ауру настроено. А если она у меня продолжит меняться, то деньги мне могут там и не отдать. Если посмотреть с другой стороны аура должна у меня меняться, мне еще, по сути, и года нет. Нет еще и года, как я появилась в этом мире, в этом теле.

А если прибавить сюда постоянную мысленную связь с демоном, это когда ты постоянно ощущаешь эмоции и отголоски мыслей другого существа, а иногда смотришь на мир его глазами, то… То если добавить, что это еще и не совсем животное, а демон, пусть и маленький и тоже не совсем правильный. Что это за демон — если он, она осознает себя собакой? Я эту связь совершенно не замечаю, и она меня не угнетает. Еще на Земле я привыкла, что Мара всегда рядом, если я иду куда–то, то и она идет со мной. На работу я, конечно, ходила без нее, но помнила о ней постоянно.

А есть еще и сестры… И я их часть, а они часть меня. Они приняли и изменили меня под себя, когда они у меня в руках, они управляют моим, вернее нашим, телом. Они незримо присутствуют со мной всегда, как и Мара.