Array Array - Мастер сновидений

— Я не обязана вам это рассказывать.

— Да, не обязаны. Я так поняла, что его ответ вас не устроил?

— Да, не устроил, я не верю, что моя девочка умерла, не получив посмертия. Мне мое материнское сердце подсказывает, что она жива.

«Опять врет, но не очень сильно, скорее недоговаривает. "

— У вас есть что–нибудь принадлежащее вашей пропавшей дочери?

— Вот медальон, в нем прядь ее волос.

— Хорошо. Когда я скажу, положите несколько волосков в курительницу, все не надо.

Шооре сосредоточилась на камнях в красивой расписной чаше чеканного серебра. Она чувствовала, каждый камешек и каждую косточку, что лежали внутри. Гадалка начала качать и крутить чашу, камни в ней начали двигаться. Она чувствовала, как вместе с камнями начала двигаться реальность. Для того, чтобы задобрить богов, что сейчас забавлялись с камнями в чаше, Шооре поднесла ее к курительнице, источающей нежный аромат благовоний.

— Кладите. — Магиня кинула несколько волосков на угли. К запаху благовоний добавился смрад горящих волос. Когда, через несколько мгновений, все волосы прогорели, и дым от них заполнил чашу, Шооре раскинула камни по специально расчерченному сукну стола. Камни и мелкие косточки раскатились по столу и сложились в очень странную картину. Шооре смотрела на стол и не верила своим глазам. Для большей уверенности она взяла с полки книгу и посмотрела в толстом справочнике толкований положение некоторых камней. Но общей картины это не прояснило.

— Простите, вы уверены, что кинули в курительницу волосы одного человека?

— Да, уверена. Так что вы мне скажете?

— Говорят камни, я только пересказываю, то, что они слышат, а камни пересказывают то, что говорят им боги.

— И что же они им говорят?

Шооре ненадолго задумалась, что сказать, а что не говорить, а потом решила, что за двадцать золотых клиентка вправе знать все.

— Камни говорят странное… Тело человека, волосы которого вы сожгли в курительнице — живо, но она мертва, и сейчас в ее теле совершенно другой человек, не из нашего мира.

Магиня закрыла глаза и по шевелению ее губ, гадалка поняла, что она повторяет про себя ее гадание, и пытается его запомнить и понять.

— «Тело живо, но она мертва», что вы хотите этим сказать?

— Я? Ничего не хочу этим сказать. Мне это сказали камни.

— Вы уверены в вашей интерпретации разговора камней?

Шооре ненадолго закрыла глаза и еще прислушалась. Никогда еще камни не говорили с ней так отчетливо, и их ответ не был так однозначен.

— Да, уверена.

— А что они еще говорят?

— Что вам не нужно ее искать, через некоторое время дороги судьбы сведут вас вместе, Вас и … человека, что занимает сейчас тело вашей дочери, но будет одна проблема … Вам будет трудно ее узнать.

— Когда? Когда это произойдет?

— В обозримом будущем. Этой встречи вам ждать не больше года.

Клиентка о чем–то задумалась, потом встала, собираясь уходить

— Чувствую, что я здорово переплатила, но я довольна. Вы сказали мне намного больше, чем некромант, а взяли столько же. Прощайте.

Одрик и Торкана только–только подошли к двери дома гадалки, и Одрик увидев на двери знак, что у гадалки клиент, уже думал вести Торкану через черный ход, как дверь распахнулась и от гадалки вышла какая–то приезжая магиня. Она окинула парочку оценивающим взглядом, решила, что она не достойны ее внимания, и села в экипаж дожидавшийся ее у дома гадалки.

«Ну и мегера!» Подумал про себя Одрик, а Торкана все пыталась вспомнить, как же зовут магиню, вроде когда–то давно она видела ее в столице, но имени не помнила, много в столице разных магов. А Одрик тем временем потянул ее внутрь салона, на него привычно пахнуло благовониями из комнаты для гаданий и запахом свежей сдобы с корицей с кухни. Он даже на чуть–чуть зажмурил глаза, ах какие привычные запахи детства, сколько часов он провел в этом кресле в углу, жуя булочки и читая книжки, и потихоньку наблюдая за клиентами салона.

Торкана, пока жила в столице, в подобные салоны особо не захаживала, но в этом она уже бывала, только тогда были сумерки и шел дождь, а сейчас комната была ярко освещена Андао и казалась милой и приветливой.

Из гадательной комнаты вышла Шооре.

— А Одрик, мальчик мой, иди сюда я тебя поцелую, тебе идет эта прическа… ты здорово возмужал, а это твоя невеста?

— Нет, это ее подруга. Шооре, ты ее помнишь? Она приходила к тебе осенью, мы еще потом в угадайку играли…

— Как же помню, помню, асса тогда в топи собиралась… И как, помогло вам мое гадание?