Array Array - Мастер сновидений

— Вот так, повиси родимый. — Маг болтается в невидимой петле как груша на ветке, пытается снять, порвать, удерживающую его петлю, но все напрасно. Трудно бороться с веревкой, когда на ней висишь, надо чуть пониже, чтобы мысочками земли касался, чтоб не удавился, не помучившись… Достаю сестер, несколько движений и вся защита, что была на маге съедена, линии силы обрублены и маг, в магическом диапазоне остался лысым. Костюм его правда тоже пострадал, но это уже мелочи, зачем трупу костюм?

— Ну, и как ты, хороший мой, думал от меня молодой убежать, да при такой одышке, а? — Затягиваю петельку потуже, опускаю его на землю и пеленаю мага моими цепочками, как паук добычу. Теперь не сбежит. Ноги свободны, но петелька на шее давит.

— Ну, что пошли, быстрый ты мой. — Маг наконец–то может говорить, но я ему этого не позволяю, чуть–чуть щекочу его по ребрам старшей сестрой и заставляю быстро–быстро перебирать ногами в сторону моста.

У моста все нормально. Один из стражей тащит из–за реки труп стрелка, остальные нападавшие уже уложены рядком. Ловким движением укладываю мага рядом с ними, чтоб прочувствовал все прелести плена и на своих подельников полюбовался, и петельку у него на горле стягиваю потуже, но чтоб не задохнулся, но чувствовал. Теперь надо заняться сейном. Ему плохо, он без сознания, на голове шишка, в плече стрела, у его тела сидит стражник.

— Ну, как он?

— Плох.

— А чего стрелу не вытащил?

— Если вытащить, то кровь сильно пойдет.

— Ну, это не страшно. Я сейчас все подготовлю, и как скажу, ты стрелу выдергивай.

— Выдергивать нельзя, эти болты выдернуть невозможно, можно только вперед протолкнуть, тогда ранение будет сквозным.

— Ну, раз нельзя назад, давай вперед.

— Если вперед, заденем легкое… — М–да–м дилемма… — Может вы его усыпите и мы его скоренько в Каравач к лекарю отвезем?

Это предложением мне не нравится. До Каравача еще ехать и ехать, а ранение тяжелое. Кончик болта уже сейчас касается верхнего края правого легкого, если чуть сместится, то сейна до города можно и не довезти.

— Нет, будем лечить здесь. — Страж смотрит на меня с сомнением, мечам вы девушка хорошо машете, а вот умете ли лечить? — Не волнуйся, я умею лечить, все будет хорошо… Я сейчас подготовлюсь, и как скажу, так сразу проталкивай и вытаскивай болт. — Стражник кивает головой, вроде все понял.

Что там у незабвенного дядюшки по лечебной магии было, ага цепочка вот такой длины, вот тут и тут связываем.

— Выдергивай. — Стражник с силой толкает болт вперед, пока из груди полковника не показывается его кончик, хватается за острый конец болта и с силой дергает. Болт выходит из тела с хлюпом, струей крови и пеной. Затыкаю магией дыру в теле.

— Клади его сюда. И ничего не трогай, если придет в себя, не разрешай ему шевелиться.

— Совсем не давать?

— Совсем… сядь на него сверху и прижми кинжал к шее и держи, чтоб не дергался.

Сажусь на землю, ну не умею я колдовать стоя. Еще кусочек цепочки, и еще, это уже мне, теперь я вижу сейна насквозь, в прямом смысле, я вижу с закрытыми глазами, что надо латать. Делаю короткие петельки, как при вязании и потихоньку начинаю латать сосуды, начиная с крупных. Теперь легкое, задета его верхняя часть, это сложно, но если сложить цепочку вдвое и еще вот тут и тут закрепить и повторить это, нет лучше не думать сколько раз, еще… еще… Вот так, вроде все, ан нет, теперь, залатать кожу. Шрамы оставлять будем? Я думаю, нет, сейн может быть думает иначе, но мне его тело и без шрамов нравилось.

С трудом разлепляю глаза. Полковник уже пришел в себя, но двигаться не может, потому, что стражник дисциплинированно держит кинжал у его горла.

— Отпусти его, уже все… — стражник быстро убирает кинжал и виновато смотрит на полковника. — Это я приказала вас так держать, чтобы не мешали, когда в себя придете. А если бы Вы меня сразу послушались, то мне не пришлось бы сейчас Вас тут штопать. Вставайте, хватит разлеживаться, легкое было немного задето, поэтому кашель у вас еще несколько дней будет, но пройдет, а так вы вполне здоровы. Я тут пленного взяла, пойдемте, посмотрим.

Все–таки сейн, останется сейном, даже на смертном орде, сам еще еле на ногах стоит, а уже кинулся мне помогать встать. Прибила бы, да жалко портить собственную работу. Тут на дорогу выползает Мара, мне на какое–то время становится не до полковника, но моя собачка жива и почти не пострадала, несколько рваных ран, разорванное ухо и один вырванный с куском шкуры сосок. Это мелочи, следом за полковником, на нем как раз все отработала, лечу и собаку. Раньше все опробовала на собаке, а теперь на полковнике, как жизнь–то поменялась.