До кафе я добрался целым и невредимым. Возле окна нашлось свободное место, на которое я и уселся. Когда ко мне подошла официантка, чтобы принять заказ, я заметил на улице своего приятеля, бывшего однокашника, а позднее коллегу Лукаса Рейнарда: шести футов росту, рыжего, красивого, несмотря на артистично сломанный нос – а может быть, и именно благодаря ему, – обладателя манер и голоса коммивояжера, коим он и являлся.
Я постучал в окно, он меня увидел, помахал рукой и вошел в кафе.
– Мерль, я оказался прав, – сказал Люк, подходя к моему столику и хлопнув меня по плечу. Потом он уселся напротив и вынул из моих рук меню. – Я не застал тебя на квартире и догадался, что ты здесь.
Он опустил глаза и принялся изучать меню.
– С какой стати? – спросил я.
– Если вам нужно подумать, я подойду попозже, – заявила официантка.
– Нет, – возразил Люк и сделал огромный заказ. Я последовал его примеру.
– Потому что ты раб своих привычек.
– Привычек? – переспросил я. – Да я почти не ем здесь.
– Знаю, – усмехнулся Люк, – но когда возникала стрессовая ситуация, ты всегда заявлялся сюда. Ну, перед экзаменами… или если тебя что-то беспокоило.
– Хм-м, – сказал я. В этом действительно что-то было, хотя раньше мне никогда не приходило в голову вывести подобную закономерность. Я повертел в руках пепельницу с изображением головы единорога, уменьшенной копией витража на перегородке у входа. – Не знаю, с чего бы. Да и откуда ты взял, что меня что-то беспокоит?
– Вспомнил о твоей паранойе насчет 30 апреля, после парочки неприятных происшествий.
– Их было заметно больше двух. Просто я не рассказывал.
– Значит, ты все еще в это веришь?
– Да.
Люк пожал плечами. Подошла официантка и налила нам кофе.
– Ну что ж, – не стал он спорить. – Сегодня уже произошло что-нибудь?
– Нет.
– Очень плохо. Надеюсь, это не мешает тебе думать о других предметах.
Я попробовал кофе.
– Совершенно не помешает, – заверил я Люка.
– Отлично. – Он вздохнул и потянулся. – Послушай, я приехал в город вчера вечером…
– Удачно съездил?
– Установил новый рекорд по продажам.
– Поздравляю.
– Так или иначе… я только сейчас узнал, что ты уволился.
– Да, около месяца назад.
– Миллер пытался с тобой связаться. Ты отключил телефон? Он даже несколько раз заходил к тебе, но не смог застать дома.
– Какая жалость.
– Миллер хочет, чтобы ты снова у них работал.
– С этим покончено.
– Ты бы сначала выслушал их предложения. Брейди пошел на повышение, тебя хотят назначить главой конструкторского бюро – с увеличением оклада на двадцать процентов. Миллер поручил передать тебе это.
Я негромко рассмеялся:
– Действительно заманчивое предложение. Но я ведь уже сказал – с этим покончено.
– Ясно. – Глаза Люка заблестели, и он хитро улыбнулся. – Значит, у тебя на примете иной вариант. Миллер оказался прав. В таком случае он просил сообщить, что предлагают тебе те ребята – и он из кожи вон вылезет, чтобы перекрыть их условия.
Я покачал головой:
– Похоже, ты не расслышал. С этим покончено. Точка. Я не хочу возвращаться. И не собираюсь поступать на работу в другое место. Мне осточертели компьютеры.
– Но ты же в них здорово разбираешься!.. Намерен преподавать?
– Нет.
– Черт побери! Должен же ты чем-нибудь заниматься! Может, тебе досталось солидное наследство?
– Нет. Просто хочу немного попутешествовать. Я слишком засиделся на одном месте.
Люк поднял чашку с кофе и в несколько глотков осушил ее. Потом откинулся на спинку стула, сложил руки на животе и слегка прикрыл глаза. Немного помолчал.
– Ты сказал, что покончил с этим, – наконец снова заговорил он. – Ты имел в виду свою жизнь и работу здесь или кое-что еще?
– Ты это о чем?
– Периодически ты куда-то пропадаешь – и в колледже было то же самое. Некоторое время тебя нигде не видно, потом ты неожиданно появляешься снова. И никогда не отвечаешь на вопросы о причинах своего отсутствия. Создается впечатление, что ты ведешь двойную жизнь. Это имеет отношение к твоему отъезду?
– Что-то я тебя не понимаю.
Люк улыбнулся.
– Все ты прекрасно понимаешь, – заявил он, а когда я ничего не ответил, добавил: – Ну ладно, желаю удачи.
Люк был постоянно в движении, его руки никогда не лежали спокойно; вот и теперь, когда мы пили по второй чашке кофе, он крутил связку ключей с брелоком, украшенным голубым камушком. Наконец появился завтрак, и мы молча принялись за еду.
Читать дальше