Роберт Сальваторе - Невервинтер

Но Силора расслабилась и кивнула. Сектант перевёл дыхание. Тэянка, должно быть, ценит его, как настоящего советника, коль позволяет высказывать свои соображения.

– Она не имеет понятия об опасности, грозящей тому, кто подведёт архилича, – Джестри невольно на миг повысил голос, но поспешно вновь перешёл на шепот. – Она непоследовательна и вряд ли способна признавать собственные ошибки.

– Нет, – отрезала Силора. – На свою беду ты недооцениваешь Валиндру Теневую Мантию.

– Недооцениваю? Я боюсь этого существа! – Мужчина снова повысил голос, и несколько ашмадай взглянули в его сторону, прежде чем благоразумно вернуться к своим беседам.

– Ты недооцениваешь силу её разума, – пояснила Силора. – Она пережила насильственное перерождение в лича, Магическую чуму, а это не мелочи. Я много разговаривала с ней о днях после падения Арклема Грита. Да, она безумна, но псионик-дроу помог вернуть её личность.

– Она бубнит, поёт, она… не нужна нам, – начал спорить Джестри.

– Она позволяет безумию выходить наружу. Она освобождает его и таким образом справляется. Это помогает ей вернуться к реальности. Она сознательно спасла нас от Сзасса Тэма.

– Но почему? – спросил культист.

– Потому что она знает, что ещё не способна командовать армией ашмадай в Лесу Невервинтер, равно как и закончить создание Кольца Страха. Валиндра нуждается во мне, или она разочарует Сзасс Тэма ещё больше, чем после неудачи в Гонтлгриме.

– А когда нужда отпадёт?

– Я буду рада продемонстрировать свою победу Сзассу Тэму и вернуться в Тэй, оставив Валиндру в качестве командующего войсками на Побережье Меча.

– Они уничтожат тебя, – настаивал Джестри, но Силора лишь покачала головой, выражая полную уверенность в себе.

– Я достаточно долго общалась с ней, – заверила тэянка. – Я изучала историю Валиндры Теневой Мантии, бывшей некогда хозяйкой Главной Башни Волшебства. Она была могущественна при жизни и станет ещё более сильной нежитью, когда исцелится её разум.

Джестри отступил на пару шагов и внимательно посмотрел на Силору.

– Ты видишь её как инструмент на пути к собственному бессмертию, – неожиданно сказал он, а затем тяжело вздохнул, очевидно, опасаясь, что зашёл слишком далеко.

Но колдунья лишь усмехнулась.

– Тебе всего двадцать лет, а я прожила половину своей жизни, – пояснила волшебница. – Когда-нибудь ты поймёшь. А сейчас ступай. – Женщина указала на тропу, казавшуюся туннелем, обрамлённым тёмными деревьями, чьи кроны переплетались столь тесно, что между ними не мог просочиться даже свет яркой полной луны.

– Ты снова собираешься призвать дьяволов из Девяти Кругов, – заметил Джестри. – Я хотел бы присутствовать.

– Не этой ночью, – заверила его Силора. С понимающей улыбкой, она глянула в ту сторону, куда до этого ушла Валиндра со скипетром Асмодеуса. – Быть может, с помощью некой неизвестной мне магии, скипетра для призыва существ из Девяти Кругов Ада и драгоценного черепа, который я позволила забрать у себя из палатки, Валиндра сможет почувствовать нечто необычное на краю Невервинтера. – сказала тэянка Джестри и группе ашмадай, стоящих перед туннелем в лесной чаще. – Вы будете сопровождать её, если она того пожелает. И выполнять всё, что она прикажет. – На последней фразе женщина повысила голос, и её тон стал угрожающим. Широко раскрытыми глазами она тщательно оглядела каждого члена группы. – Но не ты, – шепнула она Джестри уголком рта. – Ты мои глаза и уши, и не важно, что прикажет Валиндра. От тебя я жду только подробного доклада о ночных событиях. – Силора повернулась к культисту лицом и отступила на несколько шагов, оставив его между ней и другими ашмадай. – Не хочу, чтобы мой любовник был убит личом. Будучи воскрешённым, он будет мерзким, холодным и бесполезным для меня.

Джестри забыл, как дышать. Её любовник? Возможно ли это? Неужели тэянка, в конце концов, сама предложила то, о чём он мечтал с того самого момента, как Сзасс Тэм поставил её во главе войск ашмадай?

Силора бросила на него последний взгляд.

– Не разочаруй меня, – нежно прошептала она. – Мы познаем великий триумф, ты и я. И огромное удовольствие.

Тэянка едва не столкнулась с Валиндрой, когда, та проплывала мимо, тихонько хихикая и что-то бормоча, но выбитый из равновесия Джестри не смог разобрать её слов, хотя и в спокойном состоянии он редко обращал внимание на лича. Не шевелясь, он стоял на месте, когда немертвая эльфийка скользнула мимо него, напевая: