Ольга Гусейнова - Владелец

Еще один оказался с сюрпризами за пазухой, а на первый взгляд выглядел безобидным теранцем, пока в момент контактного боя у него изо рта не выступила вторая челюсть, которая пыталась вырвать глаза Кайсару. Едва увернулся, потом намотал эту запасную челюсть вокруг шеи хитреца и придушил его. Однако глаз у Кайсара теперь заплыл и почти ничего не видел.

Он в очередной раз посмотрел в нишу, где, обняв себя руками, стояла Шанель. За ней маячил паренек-теранец, которому Кай заплатил за временный присмотр. Несмотря на подростковую худощавость, он вырос в этой среде и мог постоять за себя, да и за девушку тоже.

Даже отсюда Кай видел распахнутые в ужасе невероятные глаза шейтинки. Она, не мигая, смотрела на него, закусив кулак, чтобы не кричать. Ему было жаль ее, но сейчас он ничем не мог помочь и успокоить. И оставить в хостеле не мог. Уже отклонил пару предложений о продаже женщины. А третий раз, уже главному учредителю этих боев — Нерушу — честно пояснил, что Шанель бесполезно воровать, покупать или отбивать у него, она умрет при первом же половом акте.

А еще из слухов выяснил, что победитель боев должен оказаться большим везунчиком, чтобы умудриться сохранить свой выигрыш, а еще лучше — как можно быстрее смыться с Перта. Именно поэтому решился привести ее сюда ближе к финалу, чтобы сразу двигать к порту.

На ринг вышел громила-нубис двухметрового роста, столько же — в ширину; с короткой шеей, утопленной в плечи — не задушишь, и глазками-бусинками.

Кайсар быстро оценил слабые и сильные стороны противостоящего ему гиганта, мысленно рисуя план боя. Шея отпадает — ее фактически нет. Голова? Да этой черепной коробкой можно гранит дробить. Руки, плечи, грудь? Значит, контактный бой, которого ему — щуплому и мелкому относительно этой горы мышц — необходимо избежать любой ценой. Переломит пополам, к черной дыре! Эх, нубисы столь малочисленная исчезающая раса, что хэкс только мельком уделил внимание их физиологии, хоть и собрал всю имеющуюся информацию.

Прозвучал гонг, и нубис с громогласным рыком тараном бросился на Кайсара, не дав ему времени определиться со стратегией. Поэтому какое-то время эльзанец играл на ринге в догонялки. Затем, незаметно для зрителей, начал «бить» нубиса короткими, но весьма чувствительными энергетическими разрядами. Народ, ожидавший избиения и крови, засвистел — всем хотелось страшного зрелища.

Но Кайсару везти долго не могло. Одно неудачное движение — острая боль в боку, и он потерял фору. Ему показалось, что на голову упала многотонная плита. Оглушенный кулаком нубиса хэкс покачнулся, остановившись, и противник-гигант немедля воспользовался ситуацией: сдавил в немыслимых тисках шею. Нубис душил Кайсара предплечьем, прижимая к себе изо всех сил.

В глазах у Кая темнело, сознание мутилось, на какой-то миг промелькнула мысль: «Это конец!» Но в этот момент ускользающим сознанием он заметил мертвенно-бледную, с горящими глазами Шанель. Больше всего его поразила обреченность ее позы и… кинжал в руках, который он доверил ей перед боем. Сейчас на нее никто не обращал внимания, все взгляды были обращены на проигрывающего эльзанца, а вот его глаза, не отрываясь, смотрели на этот нож, который она острием приставила к своему животу. Шанель даже в смерти теперь едина с ним, и эта очевидная реальность словно подарила ему силы и второе дыхание. Он аккумулировал на кончиках пальцев энергию и, задрав руки, впился ими в глаза-бусинки нубиса, срывая внутренний блок, отпуская силу на волю. Хватка гиганта мгновенно ослабла, он начал медленно оседать на пол, а Кайсар при полном молчании зала, хрипя и натужно откашливаясь, пошатываясь, быстро отошел в сторону.

Смотреть на то, что осталось от черепной коробки нубиса, хэксу не хотелось. Он направился прямиком к Нерушу и с облегчением отметил, что на неизменно мрачном лице теранца довольно блестят глаза. Видимо, Неруш неплохо заработал в турнире, поставив на эльзанца, и сейчас играл хорошо отрепетированную роль для менее удачливых.

— Мой выигрыш! — холодно потребовал Кайсар.

Зал разразился аплодисментами и громкими криками. Но хэкса они не волновали. Лысый толстяк щелкнул пальцами своему охраннику, и тот передал ему финансер. Кай внимательно проследил за процедурой перевода выигранной суммы, кивнул, развернулся и пошел прочь.

Подойдя к Шанель, первым делом отобрал из ее ледяных рук свой кинжал и заткнул за пояс. Оделся, с трудом превозмогая боль от внутренних повреждений, подхватил рюкзак, взял свою женщину за руку и как можно быстрее пошел в порт, не обращая внимания на продолжавшую бурлить публику.