Я ощутил, что мои губы чуть изогнулись, как если бы я собирался саркастически улыбнуться.
– Ты не слишком?
– Продумай лучше, – попросил он настойчиво.
Он сказал вовремя, я уже приготовил доводы, но сейчас остановился, глядя на его очень серьезное лицо. Появление биологической жизни в самом деле не вписывается в идеально рассчитанное развитие на все ундециллионы лет, а такое просто быть не могло, если не принимать дикое предположение, что я не сам возник и самоорганизовался до самосознания, а кто-то заранее рассчитал все фундаментальные законы, которые возникнут, произвел тончайшую настройку именно для того, чтобы возникла биологическая жизнь определенного типа и с определенными свойствами.
Я сказал наконец с усилием:
– Хочешь сказать… желание Вселенной уничтожить биологическую жизнь… войдет в противоречие с Великом Замыслом того, кто создал Вселенную?
– Хочу, – ответил он, – чтобы ты это сам сказал. Тебе решать, дружище. Ты же, как Вселенная, хочешь поступить правильно.
Шерлок сказал басом:
– Закон и порядок!
– Хочешь сказать, – проговорил я и сам ощутил, что в моем голосе впервые прозвучала нотка, что у людей называется сарказмом, – попытка уничтожить биологическую жизнь может привести к исчезновению самой Вселенной за ее ненадобностью?..
Шерлок допил пиво, лицо его побагровело то ли от выпитого, то ли от того, что видел и не сумел принять.
Крякожабер сказал с сочувствием:
– Даже для меня дико представить, что вся-вся огромная Вселенная создавалась только для того, чтобы в некой случайной аберрации, как ты говоришь, возникла биологическая жизнь! Но это не аберрация, а точнейший расчет.
– Один на десять в двести двадцать восьмой? – сказал я. – Тогда мы все живем в немыслимости.
Шерлок закончил с четвертой банкой пива, пятую придвинул ближе, но откупоривать не стал.
– Как я понял, – сказал он, – у Вселенной и у нас, человеков, одна цель… закон и порядок! Верно?
Крякожабер промолчал, я подтвердил:
– Закон и порядок.
– А закон и порядок, – сказал Шерлок мощным голосом, – вообще-то, как бы в том, чтобы не истреблять один другого, хотя, конечно… в общем, мы не ищем легких путей!..
– Легкие, – заметил Крякожабер, – ведут назад в пещеры, а Вселенную, видимо, к БигБангу. Или к тепловой смерти?.. Крабоид?
Кофеварка, отжужжав, выдала еще два чашки горячего, просто обжигающего, по человеческим меркам кофе.
– Пока не знаю, – признал я. – Нужно обдумать.
Но, похоже, решение я уже принял.