Дэвид Вебер - Восстание

– Смотря с какого бока посмотреть! – рассудительно ответил Йошинака. – Это решение принято им в качестве генерал-губернатора. А все его действия в этом качестве попадают под действие «не очень хорошо проработанных разделов законодательства». Как он сам любит говорить, если кабинету не нравятся его действия, ему об этом сообщат. Разумеется, когда с кабинетом будет установлена связь.

Десай нетерпеливо махнула рукой:

– Дело не в этом! Ты сам не был на Геенне, но прекрасно понимаешь, какое огромное значение она имеет для нас! Речь идет о технологиях совершенно иного уровня! – Она замолчала, чтобы перевести дух. – Я должна сделать так, чтобы он понял: мы не можем рисковать, ослабив меры безопасности в этой области… Особенно после того, что произошло на Геенне!

Йошинака с серьезным видом кивнул головой. Он хорошо понимал чувства Сони после того, что ей пришлось пережить несколько дней назад. Но, как всегда, его очень угнетала ее озабоченность и напряженность. А тут еще такие нетипичные для нее бурные эмоции!

– Я должна сделать так, чтобы он все понял! – повторила Соня. – Разумеется, теперь стало ясно, что этим… колонистам нельзя верить!

Йошинака был просто в шоке. Конечно, Десай могла быть очень язвительной, но он никогда не слышал от нее ничего даже отдаленно похожего. Какие же тяжелые мысли ее снедают?

Йошинака постарался выпрямить спину. (Рост, увы, вынуждал его смотреть на большинство людей, в том числе и на относительно невысокую Соню, снизу вверх.)

– Я полагаю, – начал он, деликатнейшим образом пытаясь намекнуть, что дискуссию пора закрывать, – что адмирал не свернет с выбранного пути. Боюсь, ты упустила возможность отговорить его, когда вы были вдвоем на Геенне. И я совершенно убежден, что именно сейчас и именно в данном обществе поднимать этот вопрос было бы крайне неразумно и даже вредно. Я настоятельно советую тебе этого не делать.

Никто так и не узнал, что могла возразить на это Соня, потому что в этот момент распахнулись старомодные двустворчатые двери и церемониймейстер воскликнул: «Господин генерал-губернатор!»

На Тревейне был гражданский костюм от дорогого портного, и сразу стало понятно, в каком качестве он сейчас выступает. Это прекрасно поняли и офицеры, и политики, занявшие свои места с противоположных сторон большого стола. Почти никто не обратил внимания на взгляды, которыми обменялись Тревейн и Мириам Ортега.

– Прошу вас садиться, дамы и господа! – Тревейн просто излучал дружелюбие.

Военные аккуратно уселись с прямыми спинами, а штатские развалились в непринужденных позах. Мириам Ортега рассеянно закурила сигарету.

– Какая мерзкая привычка! – пробормотала Десай Йошинаке негромко, но так, чтобы ее услышали все присутствующие. Сидевшая прямо через стол от нее Мириам красноречиво подняла бровь и демонстративно потушила сигарету.

Закончив с представлениями и прочими формальностями, Тревейн перешел к конкретным вопросам.

– Мы все знаем, по какому поводу созвана эта встреча, – начал он. – И я уверен, что все мы очень рады тому, что капитан Десай здесь вместе с нами.

Вокруг стола пробежал одобрительный ропот, и Тревейн продолжил, на этот раз обращаясь прямо к Соне:

– Я приношу вам свои извинения за то, что приказал немедленно прибыть сюда с Геенны, практически сорвав вас с госпитальной койки. – Он указал на ее левую руку, которая лежала на повязке, хотя ранение по меркам современной медицины и было легким. – Однако нам необходимо выслушать вас, ведь вы были ближе всех нас к сцене случившегося инцидента. Полагаю, намного ближе, чем вам бы этого хотелось.

По залу пробежал смешок, но Десай даже не улыбнулась.

– Благодарю вас за добрые слова, господин адмирал! – ответила она. – Но я считаю своим долгом указать на одно немаловажное обстоятельство еще до того, как наша дискуссия коснется секретной военной информации. Меня волнуют проблемы безопасности… Особенно в свете только что происшедшего на Геенне.

Йошинака издал беззвучный стон.

Люди, собравшиеся вокруг стола, – и вообще все обитатели звездной системы Зефрейн – уже знали о том, что случилось на Геенне буквально через несколько часов после того, как Тревейн покинул эту планету, чтобы вернуться на Ксанаду и объявить о создании временного правительства. Научно-исследовательский центр на Зефрейне был расположен на непригодной для жизни человека планете именно потому, что там было проще всего обеспечить его безопасность. Постепенно он превратился в целый город: в небо взмыли купола, а в красноватых песках Геенны прокладывали штольни для того, чтобы удовлетворить разнообразные потребности центра и изрядного количества трудившихся там шахтеров… Оказалось, что в недрах этого города скрывалась на удивление хорошо организованная группа мятежников, которая тщательно разрабатывала планы саботажа.