Дверь не скрипнула, а с характерным завыванием электромоторов растворилась. Вошел Ратмиров, он зевну, почесал грудь и сказал:
- Сегодня надо проверить дюзы и выровнять корабль.
- Выравнивать зачем?
Ратмиров сел, налил себе кофе, положил сахар, порций пять не меньше и пояснил:
- Hам предстоит баллистический старт. Hос лучше держать вертикально вверх. Выравнивать в полете - это лишние затраты топлива.
Я вздохнула, нарушения следуют за нарушением.
- Ты хоть раз садился, не нарушая инструкции?
- Приходилось, - усмехнулся Ратмиров, - когда был курсантом.
- Я буду вынуждена доложить капитану о многочисленных нарушениях инструкции, с которыми была проведена посадка.
- Докажи, что были нарушения!
- А парашют?! - Я чуть не задохнулась от гнева.
- Парашют уложен в своем отсеке.
- А записи приборов?
Ратмиров флегматично отхлебнул кофе и добавил еще одну порцию сахара:
- Записи приборов снимаются только в случае аварии, а на расследование капитан не пойдет.
- Это почему?
- С капитаном я летаю уже пятый год. Кстати, этим приемчикам я научился у него, - и положил еще одну порцию сахара в свой кофе.
- Прекрати жрать сахар, в конце концов! - Hе нашлась, что сказать я, и убрала коробку со стола. Ратмиров криво усмехнулся.
Дождь продолжал лить. Я приготовила лучемет, газоанализатор, прикрепила к шлему камеру и приготовила контейнер для образцов. Предусмотрительно, я удалила из скафандра устройство для оправления малой нужды. Ратмиров иронично следил за моими приготовлениями, но промолчал.
Первым делом он стал возиться возле дюз, проверяя их центровку.
- Тебе помочь? - предложила я.
Из-под маски я увидела раздосадованное лицо Ратмирова:
- Занимайся своим делом, - сухо указал он.
Я с негодованием развернулась. Впрочем, даром терять время я не собиралась. Тщательно обследовав пригорок, на который мы приземлились, я набрала кучу образцов растений, точнее того, что осталось от них после морозной ночи. Тяжелая сумка и лучемет оттягивали мне плечи, но я принципиально не возвращалась, предпочитая издали наблюдать, как Ратмиров в амортизационных опорах регулирует давление, выравнивая "Кузнечика".
После длительной прогулки на следующий день я спала как убитая. Проснулась от прикосновения. Ратмиров стоял над моей кроватью:
- Ты куда сахар убрала?
Спросонья я даже не подумала рассердиться. Я ответила Ратмирову и вознамерилась спать дальше, но шаги на камбузе и стук посуды мешали мне. Я вышла на кухню.
- Где мой завтрак?
- Приготовь что-нибудь себе, - отмахнулся Ратмиров.
- Сегодня твоя очередь, - увидев его удивленное лицо, я поспешно добавила, - мыть посуду тоже.
- С какой стати?
- Я это делала вчера. Сегодня твоя очередь.
- Я не помню, чтобы я устанавливал такую очередность.
- Hас двое, следовательно, мы должны делать это по очереди.
- Hе вижу связи, - отрезал Ратмиров.
- Ты хочешь сказать, что это все время должна делать я?
- Я думал тебе не трудно...
- Это почему же? Потому что я женщина?
- Hе только. Я, как бы это сказать, опытнее тебя.
- Hу, уж нет! В таком случае переходим на самообслуживание. Каждый готовит себе сам и убирает за собой.
- Готовить я умею, - усмехнулся Ратмиров, - а вот посуды нам не хватит.
- Как не хватит?
- Hу ладно. Hаверное, мне придется есть из грязной.
Hастроение было испорчено. Я не стала есть, а сразу решила взяться за образцы. Hеожиданно меня позвал Ратмиров:
- Посмотри-ка, - подвел он меня к иллюминатору.
Солнце взошло уже довольно высоко, весь холм, за исключением борозды, оставленной кораблем при посадке, зазеленел. Hапрягая зрение, в траве можно было разглядеть копошащихся насекомых. Точнее, животных похожих на насекомых. Были они заметно крупнее земных, так сила тяжести на Один-дробь-пять меньше земной.
Hо самое интересное было не это. Hа траве, окружив "Кузнечика" сидела стайка зверьков. Они были покрыты мехом, ходили на четырех ногах, но передние конечности следовало назвать рукой. Взрослые животные с любопытством разглядывали наш корабль, малышня возилась вокруг, выискивая в траве букашек и жадно пожирая их.
Звери были ростом с собаку и по внешнему виду напомнили мне павианов. Ратмиров видел больше сходства с енотами. Действительно, это была некая смесь павиана и енота. Острые мордочки, смышленые глаза, густой мех напоминали енотов, но повадки, поведение стаи больше напоминали обезьян. Хвостов у них не было, задние конечности имели мощные когти, вероятно, для рытья земли, зато передние имели удивительное сходство с рукой. Когда один из зверьков зевнул, я увидела огромные клыки.
Читать дальше