Игорь Воронкин - Виртуальность

Ум прошел вдоль могильных плит. Не все похороненные здесь императоры томились в ледяных глыбах Друккарга. Но все российские императоры и правители в этот грозный час должны были придти на помощь Друккаргу и его земному отражению -городу Санкт-Петербургу, а по большому счету и всей России. Ум видел свою задачу в том, чтобы поднять в этот трудный час на защиту Друккарга все мыслимые силы: от Жругра и душ российских императоров до высоких ангельских иерархий. Настал час истины, пора было дать бой демонам, рвущимся со дна преисподней.

Ум беззвучно молился, призывая на помощь промыслительные силы. Этот собор для него стал чем-то вроде отправной точки для соединения всех духовных сил. От Петропавловской крепости началось строительство столицы Российской империи, и все временные и пространственные связи между мирами сошлись сейчас в этом узле.

Если будет разрушен Друккарг, пострадает и Россия. Этот закон зависимости миров был непреложен от века. "Я призову Жругра. Он придет на помощь Друккаргу и России", -- рассуждал Великий игва. Но Ум знал, что Жругр потребует плату за свое заступничество. Плату демон брал универсальной валютой в мирах преисподних -- гаввахом. Он собирал жатву человеческих страданий, когда в результате укрепления великодержавных амбиций государства начинал работать репрессивный аппарат. В такие периоды усиливалась диктатура, вспыхивали войны, многие люди подвергались гонениям и казням. Но такова была цена Жругра за заступничество, и Россия всегда платила эту цену за свою безопасность. Иначе выжить она не могла. Ум понимал, что, призывая Жругра, он обрекает Россию на страдания, но другого выхода придумать не мог. Он должен был спасти свой город от варваров Хоунхеджа и демонов нижних миров. И Жругр для этих целей был проверенным средством. Перед ним трепетали не только внешние враги, но и сами игвы Друккарга.

Колокольня собора уходила высоко вверх. Великий игва решил, что принесет свою молитву на этой колокольне. После своего превращения Ум не потерял способности летать. Но теперь им двигали не темные магические силы, а светлые порывы его души. В один миг он взлетел на самый высокий ярус колокольни. Выше него был только ангел на золотом шпиле, несущий крест. Ум посмотрел вниз. Перед ним лежал прекраснейший город Энрофа -- Санкт-Петербург. Близился рассвет. Полоска света озарила серое небо. Времени у Великого игвы оставалось совсем мало. Он опустился на колени и прикрыл глаза. Его охватили совсем другие чувства, когда он молился Жругру на шпиле базилики внутренней крепости Друккарга. Как тело, так и внутреннее существо Ума изменилось. В нем очистилась и ожила его богоданная душа, называемая в его мире пневмой. Ум больше не чувствовал себя оторванным от Божественной благодати и живого Духа, пронизывающего все вокруг и трепещущего в каждом предмете этого мира. Великого игву терзали сомнения. Мысли блуждали и путались в его голове. "Как я могу звать сюда Жругра?" -- вопрошал себя Ум. Ему представилась кошмарная туча с молниями и огненными кругами, распростершаяся над этим прекрасным городом. Уицраор пожрет врагов, а затем примется за жителей этой страны. Но е чему такая участь России?

"Господи! Что мне делать, чтобы спасти мир? -- взывал Великий игва в своей молитве. -- Мое тело стало иным. Как я появлюсь в своем мире? Игвы безрассудны и темны. Как мне вырвать их из лап сатаны? Весь Друккарг живет по его законам. Где взять силы, чтобы одолеть этот злой порядок?"

Ум чувствовал на себе взоры многих бесплотных существ, простирающиеся из необозримых далей светлых миров. Святые и ангелы внимательно смотрели на него. Уму казалось, он слышит их голоса. "Способен ли ты, игва, сделать хоть что-нибудь? Способен ли ты бывший прислужники и орудие сатаны на высокий духовный подвиг? Сможешь ли ты взойти на свой крест, как это сделал Христос?" Ум прикрыл глаза. Ему было совестно смотреть на светлые лики. Своим духовным зрением он прозревал до величайших ангельских миров. Каким же ничтожным и ужасным казался ему теперь Друккарг со свирепыми и дикими обитателями, питающимися страданиями грешных человеческих душ. Ум понял, что, задумав призвать Жругра, он уклонился от Истины. Но разве в его силах было бросить вызов могущественному Гагтунгру, чтобы обратить и спасти бедный народ Друккарга. Уму было тяжело. Он подумал, что только кончит молитву, как его исторгнут в те миры, из которых он явился. Сознавать это было невыносимо. Ум не хотел возвращаться обратно. Он узнал и полюбил солнечный мир Энрофа. Но были миры куда более высокого порядка. И они звали и притягивали его близостью к живому и творящему все Духу.