Роберт Уилсон - Мистериум

Но это было не так. Фабрикант ощущал её потенциал, имел о нём, вероятно, наиболее ясное представление среди своих коллег. Высвобождение энергии, заключённой в материи, означало вмешательство в природу на самом фундаментальном уровне. В конце концов, нуклеарное деление — это прерогатива звёзд, а разве звёзды не принадлежат одному лишь Богу?

«Если бежит он на запад, то находит огонь. Поворачивает на юг — находит огонь. Поворачивает на север, и огонь снова встречает его. И на востоке он не находит пути к спасению, ибо кто не нашёл его в день воплощения, не найдёт его и в судный день». Книга Фомы Неверующего — Фомы Скучнейшего, как Фабрикант о нём думал, когда заучивал её стихи в средней школе. Гибель во всех четырёх концах света. Фабрикант задумывался, не стал ли он рукою Фомы, создавая источник того самого завершающего пламени.

Однако испанцы давили на западную границу, и новости были не такие радужные, как старалось представить их радио, и Республика стоила того, чтобы её защищать — при всех её недостатках, считал Фабрикант, она, по крайней мере, была местом, где две расы, французов и англичан, достигли модуса вивенди; она была либеральнее европейских монархий с их националистическими ересями или римским язычеством. Так что да, ещё бо́льшая бомба, изрыгающая пламя, способная, возможно, уничтожить Севилью или какой-нибудь военный порт вроде Малаги или Картахены. И тогда война закончится.

Он очнулся от своих размышлений над остывшей чашкой кофе, когда Циля представила ему цензора, месье Бизонетта. Высокий, с ёжиком белых волос, глаза утонули в морщинистой плоти. Руки с длинными пальцами: аристократические, подумал Фабрикант. Проклятые французы. Во время Консолидации не принималось никакого официального решения насчёт того, что англичане возьмут под контроль гражданское правительство, а французы будут доминировать в религиозной иерархии — но так получилось впоследствии, постоянное противостояние, ставшее конституционной традицией. Каким-то чудом и через 150 лет перемирие сохранялось.

— Bonjour, — сказал Фабрикант. — Bonjour, Monsieur Bisonette. Qu’y a-t-il pour votre service? [15] Добрый день. Добрый день, месье Бизонетт. Чем могу служить?

— Мой английский вполне адекватен, — сказал цензор.

Имея в виду «лучше, чем ваш французский». Что, собственно, было правдой. Фабрикант испытал облегчение, стараясь не подать виду.

— Очевидно, более чем адекватен. Простите меня, господин цензор. Пожалуйста, присядьте и скажите, чем я могу быть вам полезен.

Цензор, у которого при себе был кожаный чемоданчик, наградил Фабриканта улыбкой, которая вновь оживила его опасения.

— О, очень многим, — ответил цензор.

Циля принесла кофе.

— Ваша работа здесь посвящена сепарации урана, — сказал месье Бизонетт, консультируясь со стопкой бумаг, которые он достал из чемоданчика. — Конкретно, выделению изотопа уран-235 из природной руды.

— Именно, — подтвердил Фабрикант. Цилин кофе был густ и горяч, почти в турецком стиле. Тонизирует в северных холодах. Излишек его вызывал у Фабриканта тахикардию. — В конечном итоге мы хотим достичь каскадной реакции нуклеарного деления атома посредством высвобождения нейтронов. Чтобы этого добиться… — Он взглянул на Бизонетта и запнулся. Цензор взирал на него со скучающим презрением. — Простите. Продолжайте, пожалуйста.

Это могло быть серьёзно.

— Вы испытываете три способа очистки, — произнёс Бизонетт. — Газовая диффузия, сепарация электромагнитным полем и центрифугирование.

— Для этого и построен наш комплекс, цензор. Если вы хотите увидеть, как работает…

— Электромагнитный и центрифугационный проекты должны быть остановлены и закрыты. Диффузионный продолжится с некоторыми улучшениями. Вам пришлют чертежи и инструкции.

Фабрикант пришёл в ужас. Он не мог говорить.

— У вас есть возражения, — мягким голосом спросил Бизонетт?

— Господи! Возражения? Чьё это решение?

— Ведомства по военным делам. С согласия и одобрения Bureau de la Convenance.

Фабрикант не мог скрыть своего негодования.

— Нужно было проконсультироваться со мной! Цензор, я не хочу никого обидеть, но это абсурд! Мы ведём три процесса одновременно с целью определить наиболее продуктивный и целесообразный среди них. Мы этого пока не знаем! Я признаю́, что диффузионный способ подаёт надежды, но с ним всё ещё есть проблемы — чудовищные проблемы! Диффузионные барьеры — наиболее очевидный пример. Мы пробовали никелевую решётку, но трудности…