Евгений Осьминожкин - Двойная реальность

Перепрыгнул взглядом на список детей отца. Двадцать шесть человек, я на восемнадцатом месте. Сколько себя помню, то всегда завидовал друзьям, у которых есть мама и папа, а у некоторых еще и братья. Полагал, что мне недодали. Мама ограничила меня, могла ведь с кем-нибудь сойтись, сделать нашу семью полноценной. Но ведь я теперь взрослый? Я сам должен что-то делать? Но не могу же я привезти к ней мужчину. Этого мне никто не позволит.

Всплыла мысль из глубины сознания, приглушенная, будто спрятавшаяся за углом или небольшим травяным холмиком. Хватит себя жалеть. У меня есть значительно больше, чем у Полины. Ей даже винить не кого. Она не может сказать, - мама почему ты не нашла мне папу? Ей даже некому это сказать. А об отце она узнает лишь когда вырастет, да и то неизвестно начнет ли вообще искать. Может она живя без линз станет такой же как Димка.

Откуда-то сверху выпрыгнула нахальная, дерзкая и чрезвычайно злая мысль. А самому слабо? Мнил себя взрослым, а можешь быть только сторонним наблюдателем? Сколько бы пришлось копить на хорошие линзы, если бы папаша не помог? И купил ли бы такие? Стал бы тратить деньги почти за два года работы ради такой блажи? Да к гадалке не ходи, нет, нашел бы на что более полезное потратить.

Всегда завидовал друзьям, что у них есть братья. Хотя те всегда только на них ворчали, что из-за этих гаденышей им постоянно чего-то не доставалось. То пирожное последнее заберут, то комнату с ними надо делить. Но когда что-то плохое, но те всегда приходили им на помощь. Ведь они семья.

Еще раз глянул на список детей отца. Все кто старше меня в свое время могли со мной связаться, но ни одна этого не сделала. Думаю им просто нет дела до меня, у каждой своя семья. Паучок вывел, да у большинства их матерей есть мужчины. Но это и не важно, у них есть мама. А у Полины нет никого.

В груди появился тяжелым ком, стало тяжело дышать. Ее тоже, как и меня родили по прихоти. Но только мне достался дом и забота, а она осталась одна. У ее матери не было живых родственников, все давно умерли и как подсказывает паучок даже не в нашей стране. Боль в груди стала горячими щупальцами пробираться к плечам, шее, вниз живота. Я мнил себя взрослым. И что же получается, я взрослый лишь за то, что могу посмотреть взрослый контент, заняться сексом? Это ж я больше на гориллу похож, взматеревшего самца, а не на взрослого человека.

Взгляд пробежался по списку детей отца, мы изначально полунормальные. А Полина лишилась даже этого. Внезапно колкой болью в затылок клюнулась мысль, что две раздробленные части могут составить одно целое. Пусть даже не идеально составленное, но все же что-то большое, цельное. Если я стану семьей для Полины, то и она станет для меня чем-то большим, чем строчкой в списке.

Поднялась и как бы отряхнулась от пыли мысль, что Полина для моей мамы совершенно чужой человек, это мне она сестра, а маме никто, да и нет у нас для нее места в квартире. Но все же мы можем статья родственниками, семьей. Пусть даже будем жить в разных местах.

Паучок замер в ожидании распоряжений, мои размышления ему недоступны. А я глядя на него понял, что хочу иметь постоянный контакт с Полиной, частью своей будущей семьи, как мама со мной. Государство не будет ей оплачивать линзы, отец тоже. Я должен сделать это сам, купить ей линзы.

До вечерней пробежки с друзьями еще двадцать минут, пять на сборы, значит пятнадцать еще свободно. Мысли о семье толкнули в сторону мамы, ведь она прогрессивная, давно уже с линзами. Интересно как она справляется с виртуальной копией?

Поиск ее копии не занял много времени, пробив в поиске по адресу нашлась очень быстро, подходит к нашему дому. Если не знать, то через камеры можно принять за реального человека. Бодрой, пружинящей походкой она буквально летит к нашему подъезду, на ходу кому-то помахала и прибавила шаг. Сместил у камеры обзор, кого это она так радужно привечает?

Стройный высокий мужчина в летней одежде, футболка да шорты, помахал ей от нашего подъезда. Длинные черные волосы собраны в неопрятный хвостик, какой-то весь растрепанный. Мама с ходу прыгнула ему в объятия, пришлось лицезреть их долгий поцелуй. Никогда еще не видел маму такой счастливой. К сожалению, камеры не передают звука, очень интересно о чем они общаются. Обнявшись, они прошли в наш подъезд и зашли в лифт, перепрыгнул на камеры в лифте. В нашем доме всего восемь этажей, но у них почему-то нажата "21". Повертелся в камерах, табло этажей доходит до пятидесяти. Над цифрами экран показывает, что они реально так долго поднимаются на двадцать первый этаж. Лифт качнулся, двадцать первый. Двери раскрылись и влюбленная парочка вышла. Хотел было последовать за ними, но нет доступа к камерам в коридоре.