Уснул быстро, но в итоге проснулся среди ночи — сна ни в одном глазу…
Докурив, Александр снова лёг и попытался заснуть — не включать же чёртов ящик с его ночной порнографией. Мозг работал, обрывки мыслей копошились, норовя выстроиться в единую цепочку. Саша знал это состояние — обычно в таких случаях его осеняло. Правда, непонятно было, с какой стати на сей раз. Идея создания «аромата любви», призванная, по замыслу её авторов, в корне изменить сексуальную жизнь всего человечества (по меньшей мере!), Свиридова ни в коей мере не увлекла — он отчётливо видел всю её бредовость. Но тогда что, что дало толчок мыслям? Накопившееся раздражение на окружавшую его жизнь, в которой люди всё больше и больше походили на наркоманов, подсаженных на иглу успеха, престижа и денег? Денег — да, денег… Но этот фон присутствовал уже давно, ныл застарелой болячкой и вряд ли мог сподвигнуть на что-то стоящее.
Александр снова и снова перебирал в памяти события дня минувшего, надеясь найти там зацепку. Событий было негусто — короткий никчёмный разговор за завтраком с матерью, переполненная электричка, девица на остановке маршрутного такси, брызги из лужи, работа и всё с ней связанное — визит Никодимова, трёп в лаборатории, лаборантка Юля, — звонок Регине и её холодная отповедь. Что ещё? Книжка про дракона? Ну, это вообще мелочь… А, ещё реклама ювелирного магазина «для бережливых» — память услужливо подсунула и этот стоп-кадр. Чушь… И тем не менее… Саша почувствовал, что за всеми этими мелочами что-то кроется: ведь последняя капля — это тоже мелочь, по сути, но именно она переполняет чашу. Логическая цепочка упорно не складывалась, однако Алхимик был уверен — решение придёт, придёт рано или поздно.
С этой мыслью он и уснул.
* * *
Неделя пролетела незаметно. Забот хватало — Никодимов теребил, дважды напоминал Свиридову о необходимости подачи пакета предварительных соображений и прикидок по предложенной теме, и лаборатория молекулярного синтеза гудела потревоженным пчелиным ульем — ребята заинтересовались. Интерес этот ощутимо подогрел аванс, выплаченный в пятницу — сразу же после того, как директор сообщил Александру: «Окончательное решение принято, заказ отдали нам». Размер аванса впечатлял — судя по всему, апологеты «ароматной любви» намеревались раскручивать свой проект по полной программе.
И в пятницу же в лаборатории появился Василий Зелинский — самый крутой в НИИ спец по компьютерному обеспечению новых разработок. За копейки этот парень не работал, и отсюда Александр Николаевич сделал логический вывод — Васе-Мегабайту (по неписаной институтской традиции прозвища имели все здешние мало-мальски значимые личности) тоже перепало от щедрот зарубежных партнёров, и немало.
Зелинский был на двенадцать лет моложе Свиридова, и оперялся он уже в новых условиях, чётко усвоив при этом новые правила старой игры. В отличие от Александра, подстригавшего свою седеющую шевелюру строго по мере надобности, Василий брил голову «под Котовского», следуя имиджу «звёзд», и носил модную короткую щетину. Для Саши так и остался тайной механизм такого экстравагантного бритья — миллиметровая небритость неизменно украшала щёки и подбородок Мегабайта, не укорачиваясь и не удлиняясь ни на микрон.
Несмотря на разницу в возрасте, Зелинский и Свиридов были друзьями — их роднила та сумасшедшинка, которой во все века и лета славились истинные учёные. На людях они блюли политес, называя друг друга «Александр Николаевич» и «Василий Сергеевич», но в неформальной обстановке тут же становились Сашей и Васей.
Визит Мегабайта добавил ажиотажа — Василий Сергеевич осчастливил лабораторию своей новой оригинальной разработкой, превосходно вписывающейся в тему.
— Смотри, Николаич, — втолковывал он Свиридову, — всё очень просто! Вам нужны новые молекулярные соединения? Их есть у меня! Атомов веществ не так много — фишка в том, как собрать из них нужные молекулы. Какие реагенты, с какими катализаторами, при каком давлении и в каком температурном режиме — вариантов не так много, и все они поддаются алгоритмизации. Этот ящичек, — Зелинский ласково похлопал блок процессора, — вопросов не задаёт. Он тупо перебирает варианты и выдаёт оптимальный — нужно только подсказать ему, как это сделать, то есть задать соответствующую программку. Помнишь, была такая играшка популярная, «Тетрис»? Народ ещё от неё тащился?
Саша кивнул.
Читать дальше