Дэвид Вебер - Наследники империи

Самое сложное, во многом, было ограничение на то, что они могли бы предложить этим людям. Это должно быть ‘чудо’, которое спасет их на этот раз, но это должно быть единственным чудом Израиля, которое мог придумать его экипаж. Они не должны были использовать имперские технологии в радиусе ста километров от Храма, так как если они использовали бы их до этого радиуса, а потом перестали, результат был бы плачевным. Это не только сможет дать Храму надежду, но и внезапное прекращение наполнит ‘еретиков’ тревогой. Это убедило бы их, что они были еретиками, и что ‘ложные ангелы’ не могли противостоять Храму на его земле, и эти ограничения могли принести еще большие проблемы, чем то, как Гарриет вставляла палки в колеса.

Он надул губы и ему захотелось, чтоб его сестренка-близнец была чуть менее принципиальной. По ее настоянию, что они не в праве претендовать на божественный статус делало задачу трудной - и, наверное, скорее всего невероятной. Но она была права. Они нанесли достаточный ущерб, и, предполагая, что они выиграют войну, которую они спровоцировали, они должны будут в конечном счете убедить своих “союзников”, что они действительно не были ангелами. Кроме того, от требования их поклонения он чувствовал бы себя непристойным.

Он переключил свое внимание на армию Церкви. Земляные валы выглядели неприступными, но из них в долине образовалась воронка, и Храмовая Гвардия была занята развертыванием полевых орудий под покровом темноты. С рассветом, десятки из них смогут открыть огонь со всех сторон. Они не выглядели очень тяжелыми - они могли бы выстреливать пяти или шести килограммовые снаряды - но их было много, и он не видел ничего подобного в лагере еретиков.

“Хотелось бы, чтоб Сэндин папа был здесь,” пробормотал он.

“Или мой папа,” Хмыкнул Тамман. “А еще лучше, Мама!”

“Я согласился бы на любого из них, но Дядя Гектор собаку съел на истории. Я не знаток таких дерьмовых вещей как черный порох и пики.”

“Нам придется просто пройти обучение по-месту-работы. И, по крайней мере, у нас есть правильное снаряжение.” Тамман усмехнулся и постучал по своему, черному как сажа нагруднику. Шон, аналогично, был экипирован в нагрудник и кольчугу с рукавами. Доспехи, как и мечи позади их кресел, появились из автоматических мастерских Израиля, а материалы, из которых они были изготовлены, более чем в несколько раз превосходили все, что было в любом из лагерей под ними.

“Тебе легко говорить,” хмыкнул Шон. “Ты был большой мастак в фехтовальной команде - я, вероятно, сам себе снесу свою чертову голову!”

“Эти ребята большие спецы по обращению с мечом,” отметил Тамман. “Я не знаю, насколько фехтование поможет против этого. Но мы оба получили улучшенную скорость реакции, и ничего -”

“Шон, время действовать.” тихая передача Сэнди прервала Таммана.

Тиболд Рариксон стоял за бруствером, вглядываясь в ночь, и потирая ноющую спину. Прошли годы с тех времен когда он последний раз работал мотыгой, но большинство его “войска” было только местным ополчением. Им еще предстояло узнать, что лопата была таким же оружием, как и любой меч … и казалось маловероятно, чтобы им хватило времени, чтобы усвоить урок. Он не мог видеть в темноте, но он знал, что там подтягивали вооружение, и указ Матери-церкви против обладания артиллерией, тяжелей чем аркебуза, у не церковных вооруженных формирований, давал Гвардии монополию на тяжелое вооружение. Конечно, у него не было даже никаких аркебуз, хотя его малагорцы могут оказаться неприятным сюрпризом. За исключением, что он столкнется с Гвардейцами, которые провели много времени в Малагоре, так что они знали все о тяжелых мушкетах, которые были Национальным товарным знаком княжества… .

Он встряхнулся. Его блуждающие мысли разбегались, но это все, в действительности, не имело ни какого значения. Там было более чем достаточно Гвардейцев, чтобы принять на себя все мушкетные пули и сойтись клинками, что означало -

Его мысли прервались, поскольку тусклый сноп света внезапно запылал между ним и пикетами Гвардейцев. Он протер свои глаза и с трудом заморгал, но бледное сияние не собиралось исчезать, и он ткнул самого близкого часового.

“Эй, ты! Пойди позови Отца Стомалда!”

*

“Капитан Итун! Смотрите!”

Унтер-Капитан Итун, с проклятиями, вскочил, опрокинув на себя подогретое вино. Гвардейский офицер - один из очень немногих коренных Малагорцев в Храмовом отряде из беспокойной провинции - вытер свой нагрудник, и бурча себе под нос пошел в сторону пикета, который поднял шум.