Ярость заклокотала внутри, устремилась вверх, прорываясь сквозь давно выставленные блоки и заслоны, сдерживающие ненасытного зверя безумия. Видят боги, я старался держать себя в руках, но эти людишки сами вырыли себе могилу. Вместо благодарности за помощь и намерение спасти их — повернулись задницей и списали в утиль. И это их я хотел обезопасить от Низвергнутого? Да пропади оно пропадом, пусть бы убил хоть всех до единого!
— Вы заслужили жестокой смерти, неблагодарные ублюдки! — прохрипел, прожигая толстяка ненавидящим взглядом. Настоятель побледнел, сглотнул.
— Заприте его в камере до утра! — приказал солдатам.
— Я протестую против оглашения приговора, — спокойным тоном возразил вдруг сэр Мэйден. — Этот юноша за все время пребывания в Рейвенроке ни разу не совершил плохого поступка, прилежно работал наравне со всеми, на пределе сил помогал крепости. Если отталкиваться от деяний, то казнить нужно всех жителей — потому как Миор ничуть от нас не отличается.
— Вы забываетесь, командир Мэйден! — визгливо крикнул настоятель. — Это не человек!
— И что с того? — рыцарь подошел ко мне и встал рядом. — Если бы все люди вокруг были хоть немного похожи на него, пусть будут нелюдями.
— Спасибо, командир, — шепнул я. — Но вам лучше отступить. Эти не станут слушать, прикончат за компанию.
— Всю свою жизнь я выступал на стороне правды и справедливости, — с печальной улыбкой проговорил воин. — И ни за что не отвернусь от того, кто нуждается в помощи. Я дал клятву!
— Солдаты, арестуйте командира Мэйдена! — приказал толстяк. Воины неуверенно переглянулись и несмело двинулись вперед. Мэйден лишь слегка коснулся ладонью рукояти меча, как стражи резко отпрянули.
— В чем дело? — недовольно проревел настоятель. — Он ведь один!
— Это же сэр Мэйден, — дрожащим голосом произнес Ник.
— Любого, кто посмеет отступить, я велю повесить!
— Вперед, ребята, — с усмешкой прошептал рыцарь. — Покажите, чему научились.
Они дружно вздохнули, как бы извиняясь, а затем бросились на командира. Мэйден толкнул меня в сторону, молниеносно выхватил клинок и отбил четыре выпада, после чего шагнул назад, принимая защитную стойку. Рыцарь не собирался атаковать сам.
Солдаты тоже это поняли. В глазах парней стояли слезы, и я прекрасно понимал бойцов — Мэйден для многих являлся примером воинской доблести и дисциплины, к тому же, он прекрасный наставник. Пойти против него — все равно, что отрубить себе руку или ногу. Но и ослушаться второго настоятеля солдаты не могли, это можно расценивать как преступление, ведь в Рейвенроке настоятель сродни барону — верховному владыке земель. Правда, этот жирдяй всего лишь заместитель, но тем не менее…
Очередная попытка, теперь атаковали поочередно, разошлись в стороны, выбрали для себя оптимальную тактику, затем выступили против командира.
Мэйден увернулся от первого выпада, легонько шлепнул бойца ладонью по спине, подшагом отступил в сторону, пропуская клинок второго перед собой, схватил солдата за запястье свободной рукой, сжал. Меч выпал из пальцев воина.
Третий атаковал яростно, не сдерживаясь. Мэйден уклонился от всех ударов, затем, поднырнув под вражеский клинок, саданул эфесом в висок. Оглушенный парнишка упал на пол. Четвертый, видя ситуацию, скривился, но бросился в бой, крутанулся, наклонился, хватая второй меч. Надеется победить, используя стиль амбидекстра? Зря.
Рыцарь улыбнулся, приглашающе кивнул… и упал на колени, зашипев от боли в простреленной спине.
Я развернулся, увидел, как священник отложил лук в сторону, довольно улыбаясь.
— Ах ты тварь! — прорычал, бросаясь на служителя. Тот, на удивление, шустро скользнул влево, уходя от удара ногой, выхватил из-за пояса нож, вонзил мне в плечо. Кровь брызнула в стороны — лезвие ножа оказалось зазубренным.
Я пинком оттолкнул старика, повернулся к Мэйдену.
Рыцарь стоял на коленях, спокойно глядя на дрожащего от страха и боли солдата. Из груди командира торчал меч.
— Ты молодец, — прошептал сэр Мэйден, после чего навеки закрыл глаза и упал.
— Нет! — крикнул я. Сзади навалился священник, вырвал нож из плеча, вместе с клочками мяса. Я зарычал от боли, рванулся, затрещали веревки, перед глазами повисла кровавая пелена, ярость уже клокочет, грозит прорваться.
Нет больше смысла её сдерживать.
«Дыхание гнили» — очень полезное умение. Нечто странное, комбинация из «Гнилостного поцелуя» и «Длани смерти», оружие массового поражения, убивающее все живое в радиусе ста метров, и почти мгновенно поднимающее в виде мертвяков.
Читать дальше