Андрей Дашков - Стервятник

Наконец, раздался стук в дверь комнаты с витражами. Вошедший Меск глубоко извиняющимся тоном доложил:

- Солдаты, господин барон!

- В чем дело, Меск? Кто пустил сюда этих олухов?! - процедил Люгер с великолепным высокомерием.

- У них приказ короля, мой господин. Ищут преступника, бежавшего из Тегинского монастыря.

- В моем замке?! - Стервятнику удалось изобразить сильнейшее негодование и даже кратковременную потерю речи. Затем он обратил свой возмущенный взор к двери.

Двое вошедших солдат робко поклонились и принялись осматривать комнату, заглядывая за портьеры и простукивая стены в поисках тайных дверей и люков. Как бы смирившись с этой неслыханной дерзостью, Люгер наблюдал за ними с саркастической усмешкой, которая, впрочем, давалась ему нелегко. Он отметил про себя, что солдаты хорошо вооружены и защищены легкими доспехами. Кроме того, было неизвестно, сколько их всего находится в замке.

Расслабившись, Слот с удовольствием следил за глупейшими поисками и не сразу заметил возникшего на пороге комнаты офицера. А когда заметил, то не сразу узнал. Потом он, конечно, вспомнил это жесткое костистое лицо, водянистые глаза, узкие синие губы и улыбку, не сулившую ничего хорошего.

Ситуация изменилась стремительно и бесповоротно. Истина, означавшая крушение всех надежд, обрушилась на Люгера, но он стойко выдержал этот удар. На его скучающем лице не отразилось вообще никаких чувств...

- Значит, это и есть Кергат Серв, третий барон Галвик? - спросил лейтенант шуремитов Ралк с нескрываемой издевкой. - Кажется, мы уже встречались?..

В глазах монаха светилось удовлетворение гончей, настигшей все-таки жертву. С точки зрения Стервятника, со времени их последней встречи в Тегинском аббатстве Ралк выглядел еще более омерзительно, но теперь вместо монашеского одеяния на нем была форма офицера королевских войск. Бурые походные меха лежали поверх кирасы, сапоги были покрыты пылью дорог, правая рука в перчатке, усеянной стальными шипами, покоилась на рукояти боевого меча...

Слова Ралка повисли в воздухе. Люгер не счел нужным отвечать; его мозг с безразличием боевой машины анализировал различные варианты предстоящей схватки.

Когда смысл немой сцены дошел до солдат, они устремились к Люгеру, но были остановлены окриком Ралка.

- Назад! - выплюнул лейтенант, едва шевеля губами, с которых не сходила ядовитая улыбка превосходства. - Я сам...

Его меч с лязгом освободился от ножен.

- ...К сожалению, не могу убить тебя сейчас, - говорил Ралк в то время, как соперники медленно перемещались по комнате, присматриваясь друг к другу. - Придется всего лишь выпустить из тебя немного крови... Закончим в монастыре...

- Мне гораздо проще, - сообщил ему Люгер. - С удовольствием прикончу тебя, святоша... Тем более, что ты, наверное, рассчитываешь попасть прямиком в рай?..

У Ралка были стальные нервы. В Элизенваре Люгер слыл опытным дуэлянтом и нашлось бы немного воинов, превосходивших его в искусстве владения мечом, но лейтенант оказался весьма серьезным соперником. Слот понял это после первого же своего выпада, отраженного рукой уверенной и искусной.

...Оружие скрещивалось не так уж часто, - прекрасно сбалансированные мечи были только продолжениями двух тел, двигавшихся с равным совершенством. Поединок был похож на плавный танец теней, завораживающий и бесплодный, но только до первой ошибки. Мастерство обоих соперников было настолько велико, что ждать этой ошибки пришлось бы очень долго... Решающий и по-настоящему неотвратимый удар мог быть нанесен лишь из бездны бессознательного; тогда он был сродни дуновению ветра, течению реки, лунному свету и, значит, совершенно непредсказуем. Вопрос был только в том, чье состояние безмятежной отрешенности окажется более глубоким.

Люгер заставил себя не думать ни об обороне, ни о нападении. Он забыл о своем мече и о той угрозе, которую представлял собой мерцающий в полутьме меч Ралка. Он предоставил возможность действовать высшей силе, неумолимому и вечному закону, непостижимой судьбе. Вскоре для Люгера перестали существовать и замок Крелг, и комната с витражами, и даже Ралк с его фанатичной непреклонностью.

Все остальное произошло в краткий миг отсутствия контроля со стороны человеческого сознания и могло показаться роковой игрой случая.

Клинок Стервятника скользнул в узкую щель между двумя полюсами враждебной тьмы, а затем окружающий мир появился вновь. В нем было хрипящее и содрогающееся тело Ралка, солдаты с оскаленными лицами, устремившиеся навстречу, его собственный опускающийся меч, залитый прекрасным пурпурным светом...