М Емцев - Море Дирака

"Злоупотребляя своим авторитетом, Е.О.Орт, - писал Иван Фомич, неоправданно раздул штаты лаборатории, лишив тем самым соседние секторы необходимых единиц. Лично подбирая кадры, он руководствуется странными и тенденциозными критериями и пренебрежительно относится к советам сотрудников лаборатории. Догматически понимая указания партии о выдвижении молодых работников, он возлагает решение важнейших вопросов на совершенно неподготовленных людей, лишенных необходимых знаний и опыта. Достаточно сказать, что вопреки общему мнению, Е.О.Орт единолично назначил на конкурсную должность младшего научного сотрудника... артиста Московского цирка тов. Подольского, который не только не имеет отношения к разрабатываемым лабораторией проблемам, но и вообще никак не связан с физикой". (Последний абзац кто-то подчеркнул красным карандашом.)

Далее Иван Фомич писал о разбазаривании государственных средств, беспринципном распределении премий, потоке никому не нужных диссертаций и т.д. и т.п.

Одна фраза задержала внимание Евгения Осиповича. В ней говорилось о его "неделовых" взаимоотношениях с "личной" стенографисткой тов. Л.С.Самагиной, которую "Е.О.Орт даже вызвал за государственный счет к себе в санаторий, где находился на излечении после перенесенной болезни".

Орт отложил бумагу, снял очки и разгладил морщины под глазами.

Так недостающий до критической массы миллиграмм урана вызывает цепную реакцию. Так ничтожное сотрясение воздуха рождает снежную лавину в горах. Так капля переполняет чашу. Так падает на раскаленный песок навьюченный верблюд от груза последней соломинки.

Орт двужильный, ему все нипочем, он все вынесет. Это стало привычкой. Он может руководить десятью аспирантами, направлять лабораторию, курировать институты, писать монографии, статьи и научно-популярные книжки, выступать на конгрессах и симпозиумах, редактировать и реферировать, быть оппонентом и участвовать в работе различных обществ.

А когда он мыслит?

Всегда. В троллейбусе и в столовой, на работе и дома, во сне.

А когда он "реагирует на сигналы"?

В перерывах между работой.

А бывают у него перерывы?

Нет!

Но перерыв наступил. У Орта остановилось сердце. Он схватился за грудь обеими руками. Попытался глотнуть воздух. И медленно сполз на ковер.

А дома никого не было. Все куда-то ушли. Ведь была суббота. Даже родные и близкие привыкают развлекаться самостоятельно, если человек постоянно работает. И близкие люди не лгут, когда уверяют, что ему не нужен отдых. "Он отдыхает, чередуя одну работу другой". И это правда, потому что так было всегда. Они просто привыкли к этому. И никогда не задумывались, что могло быть иначе.

Вскрытие не подтвердило инфаркта. Это был просто сердечный шок. Если бы позвали врача, который жил в квартире напротив, Орт мог бы еще долго жить. По крайней мере так говорили врачи. Впрочем, медицина, как и любая наука, не может учесть всего. Она предвидит лишь общее течение процесса. И действительно, иногда можно не учитывать частности. Так, например, можно было бы предвидеть некоторые последовавшие за смертью Орта события...

Сначала никто не хотел верить. Но постепенно около дома, в котором жил Орт, собралась толпа. Большие и сильные мужчины плакали навзрыд, размазывая по щекам слезы. Все как-то сразу и неотвратимо поняли, кого они потеряли. Все и каждый в отдельности. Полетели телеграммы. Зазвонили телефоны в редакциях газет и толстых академических журналов.

Орт умер за несколько дней до своего шестидесятилетия, которое намечалось пышно отпраздновать. Юбилейная комиссия была срочно переименована в комиссию по увековечиванию памяти, а сданный в печать юбилейный сборник трудов лаборатории превращен в памятный.

После торжественной панихиды в зале президиума Академии наук похоронная процессия отправилась на Новодевичье кладбище. Был и Иван Фомич и тоже плакал. Он собирался выступить с речью, но его отговорили. Подольский крепко держал под руку Урманцева, который шатался от горя.

Больше ничего не произошло. Жизнь не внесла существенных корректив в схему, которую можно было набросать априори.

Пытаясь прогнозировать дальнейшие события, мы встречаем уже значительно большие трудности. Удаление во времени от узлового пункта сопровождается увеличением числа неучтенных и даже неожиданных явлений. Такие флюктуации могут в корне перечеркнуть умозрительное представление и направить процессы совершенно в иное русло. Физик бы охарактеризовал такое состояние системы повышением ее энтропии. Но для систем бесконечно больших, примером которых может служить вселенная, а тем более для явлений, протекающих в человеческом обществе, понятие энтропии малоприменимо.