0Morgan0 - Везуха

С каждой минутой пейзаж за окнами становился все непригляднее. Люди исчезли совсем, дома все сильнее выглядели брошенными, а из подворотен засверкали чьи-то глаза. Похоже, на этот район городские власти давно махнули рукой, предоставив его жителям вариться в собственном соку.

Роскошный колдовской дилижанс выглядит здесь странно и чужеродно. Однако опасаться местного отребья не приходится — все прекрасно видят, что за плащи носят эти четверо. Когда такие крупные шишки забредают в иххарийские трущобы, те мгновенно вымирают. Даже обитатели канализации — отпетые бандюги, колдуны-ренегаты, нежить и чудовища — обходят Совет Двенадцати десятой дорогой.

Ванесса задавалась вопросом, что же такого им с Креолом хотят показать в этих трущобах. Пока что за окнами не было ничего интересного — ну вот просто совсем ничего. В основном грязь и развалины — но этого добра они и на Плонете насмотрелись до конца жизни.

И вот, наконец, она увидела обещанную диковину. В конце улицы высилось мрачное шестиэтажное здание с каменными статуями на крыше. Все стекла выбиты, окна заколочены досками, двери вообще заложены кирпичом. Дома вокруг словно отступили на несколько шагов, не желая стоять рядом. В воздухе витал странный запашок, похожий на… трудно сказать определенно, на что именно, но хотелось зажать нос.

— Помните, мы вам говорили, что в Серой Земле двенадцать гимнасиев? — спросил Клевентин. — Так вот, это — тринадцатый.

— Не похоже, чтобы здесь проводились занятия… — Пробормотала Ванесса.

— Этот гимнасий закрыли больше четырехсот лет назад.

— Это… довольно давно. А чему тут учили?

— Демонологии. Именно здесь учился владыка Тивилдорм.

— Демонологии?! — Оживился Креол, вылезая из дилижанса. — Чрево Тиамат, как же все запущено… Что здесь сейчас — бандитский притон?

— Сейчас здесь нет ничего, — покачал головой Клевентин. — Даже самые бесшабашные не решаются тревожить покой этого гимнасия. В те времена, когда у Серой Земли еще были демонологи, в его стенах творилось такое, что не передать словами. И сейчас туда не решаются входить даже колдуны.

— Почему же его до сих пор не снесли? — Поинтересовалась Ванесса.

— Этого мы тоже не решаемся сделать. Кое-что из того, что там похоронено, до сих пор живо… в определенном смысле. Особенно нас тревожит… одна штука.

— Что еще за штука?

— Вы слышали о… Ночи Страха? — Осторожно спросил Клевентин.

— Мм… нет. Что это?

— Совсем ничего не слышали?

— Она же тебе сказала, что нет, — мрачно ответил вместо Ванессы Креол.

— Прошу прощения, владыка, — поклонился Клевентин. — Просто любой серый знает эту историю с детства. Событие, которое позднее назвали Ночью Страха, произошло в ночь с девятнадцатого на двадцатое сентября шесть тысяч шестьсот восемьдесят девятого года. В то время этим гимнасием заведовал Мальчимбо Красный, второй в Совете Двенадцати. Он был великим демонологом, по-настоящему великим. Но в ту ночь он… откусил больше, чем смог проглотить. Тварь, которую Мальчимбо Красный притащил откуда-то из-за Кромки, вырвалась на свободу, опустошила несколько кварталов Иххария и ополовинила тогдашний Совет Двенадцати. В конце концов ее сумели загнать в ловушку и запечатать в том самом месте, где она была призвана — запечатать, но не уничтожить. Она до сих пор ждет где-то внутри этого гимнасия…

Креол, все это время считывающий ауру здания, угрюмо кивнул. Запах демона за минувшие века чрезвычайно ослаб, но все еще чувствовался. Судя по нему, тварь в гимнасии сидит на редкость крупная…

— Откуда оно взялось? — Деловито спросил маг. — Лэнг, Хвитачи, Ад, Кввецоль-Иин, еще что-то?

— Мы не знаем, владыка. Но чем бы оно ни было, оно страшно опасно. Не забывайте, что в тот день погибло шестеро серых плащей. Шестеро! И среди них был лучший демонолог того времени, Мальчимбо Красный. Он пожертвовал жизнью, чтобы запечатать то, что сам же и призвал.

Ванесса поежилась. Демон, уничтоживший половину Совета Двенадцати! Это вам не гроза чердаков Бат-Криллах… С таким чудовищем даже Креол может не совладать…

Судя по омрачившемуся лицу Креола, он тоже об этом подумал.

А я задумался о том, как это можно использовать для нашей выгоды. Правда пока, даже наброска плана нет. Но это только пока.

— Само собой, все это было очень давно, — дополнил Клевентин. — Никто из ныне живущих не видел этого своими глазами. Никто, кроме…

— О да… — Прокряхтел выплывший из дилижанса Тивилдорм Призрак. — Я видел все это своими глазами… В то время мне было сорок четыре года, я носил желтый плащ и был доверенным ассистентом Мальчимбо Красного. Я видел, как того демона вызвали; видел, как он вырвался; видел, как его запечатали. Я оказался одним из немногих, кто остался жив, — но я поседел за одну ночь! На следующий день, после того как подсчитали потери, было созвано экстренное собрание Совета Двенадцати… того, что от него осталось. На нем мне вручили оранжевый плащ, а вместе с ним новое прозвище — Тивилдорм Выживший. Без испытаний, без экзаменов. Я сыграл немалую роль в заточении того демона, и Совет это оценил. Уже на следующий год я получил красный плащ, а спустя еще шесть лет — место в Совете.