Александр Беляев - Ариэль

— Твоя идея неплоха, Игнат. Поговори об этом с Пелькиным. Я думаю, для ее осуществления не надо даже отказываться от курорта. Наоборот: курорт получит собственную станцию, если не для отепления — тропическое тепло здесь и так обеспечено, — то для освещения, вентиляции, водоснабжения, «соляризации» и прочего. Курорту потребуется довольно большое количество энергии. Ведь это должен быть вполне благоустроенный, электрифицированный курорт. А уезжать вы, Джим, подождите. Посмотрите, что мы тут с вашей помощью устроим. Если вам внутреннего жара земли будет недостаточно, наставим столько мощных ламп, что хоть купайся в свете и тепле.

— Кто первым полезет? Давай — я, — предложил Игнат.

— Нет, уж лучше я, — возразила Вера. — Я спускалась не раз. Берите фонари.

Все пристегнули фонари. Вера начала быстро спускаться вниз. Игнат и Джим следили за тем, как огонек ее фонаря постепенно погружался в глубину.

— Кошка, прямо кошка! — подумал Джим.

Хотя веревочная лестница была новая, но из осторожности Игнат подождал, пока Колосова не спустилась и не дернула лестницу.

— Теперь спускайся ты, а то еще сбежишь без меня, — приказал Игнат.

Джим повиновался. Следом за ним стал спускаться и Игнат. Вера уже поджидала их внизу.

— А это что такое? — удивился Игнат: возле места спуска стояли кровать, два шкафа, стол, стулья. На столе — телефон. — Мебель в аду! Оригинально. Тут кто-нибудь живет?

— Пока никто. Но мы поставили это на всякий случай. Наши «следопыты» изучают пещеру и… мало ли что может случиться! Здесь имеется запас пищи, воды, аптечка и телефон. Представь, что лестница оборвалась. И сиди, пока наверху не обеспокоятся и не спустятся узнать, в чем дело. Телефонная связь везде необходима.

Игнат осмотрел пещеру. Совсем не велика.

— Это — только начало, — сказала Вера. — Идем за мной.

Пещера имела в высоту не более десяти метров и тянулась, как коридор. Сверху кое-где нависли буро-серые массы. По бокам неровные, серые стены. Камни, рытвины под ногами.

— Как будто известняк, — сказал Игнат. — А потолок на нас не обрушится?

— Потолок выдерживал верхние пласты угля, — ответила Колосова. — Теперь этой массивной, тяжелой нагрузки не существует. Конечно, мы укрепим весь свод…

— Представляю, как нарядно будут выглядеть электрические солнца на этом буром бугристом небе.

— Не смейся, Игнат. — Мы устроим такое небо, что не уступит и флоридскому.

Пещера становилась все уже, потолок нависал над головой. Передовой фонарь Веры осветил вход в другую пещеру. Джим и Игнат вскрикнули, пройдя вслед за Верой узкую щель. Перед ними была огромная пещера, напоминавшая внутренность готического собора. Сверху спускались великолепные сталактиты, им навстречу с земли поднимались причудливые наплывы сталагмитов. Некоторые из них напоминали троны, иные поднимались в виде островерхих готических церквей, иные были похожи на грандиозные кровати с пологом над ними; в глубине, на белом холмике, возвышалось подобие часовни, окруженной звероподобными лежащими фигурами. Там перекинулся мост с перилами и столбами, будто обледеневшими от боры… Местами сталактиты и сталагмиты соединялись, образуя колонны с широкими основаниями и капителями. Несколько широких и высоких дверей виднелось в стенах этого грандиозного зала.

Игнат и Джим стояли несколько минут молча, подавленные величием необычайной архитектуры и фантастичностью отделки. Какой гениальный, но безумный художник воплотил здесь свой величественный бред? Десятки мыслей, ассоциаций невольно возникали в мозгу Игната. То ему казалось, что он видит величайшее произведение искусства, погребенное ка-кой-то катастрофой… Вулкан пролил лаву и окутал толстой пеленой изумительные по красоте колонны, столы, кресла, кровати, беседки. То он воображал себя на иной планете, где иные каноны искусства, иная, своеобразная архитектура. То его мысль переносилась в Академический театр, где шел балет, декорации изображали фантастические, сказочные владения короля гор… Мозг южанина Джима был поражен еще более, почти потрясен. С трудом оторвав глаза от зала, Джим молча посмотрел на Игната и Веру, словно спрашивая их, не бредит ли он.

— У тебя сильный голос, Игнат. Стань на это возвышение и крикни отрывисто, — сказала Вера.

— Хо! — крикнул Игнат своим мощным басом. И словно разбудил спящих духов этого волшебного царства. «Хо-хо-хо…» — начало отражаться многократное эхо… Пауза — и снова где-то вдали: «Хо-хо-хо…» Снова пауза — и снова едва слышное эхо. Джим встрепенулся. А потом вдруг начал, как безумный, кричать и смеяться. Игнат и Вера также закричали, потом, по знаку Игната, замолкли.