Тимоти Зан - Удар кобры

Юстин нахмурил брови.

– И это все, что у вас было?

– Этого было достаточно, чтобы оправдать ваш допрос. Оружие Йорка и его применение также подтвердило, что наша догадка оказалась верной.

– Так, насколько я понимаю, это был ты: тот, кто понял, что у нас имеется скрытая камера?

Мофф один раз кивнул головой, это был простой, незамысловатый жест, означавший только признание факта без проявлений какой-либо гордости или ложной скромности. Юстин тоже кивнул в ответ и принялся ждать. Он получил рациональное объяснение на последний свой вопрос. У него не было ни малейшего желания убивать больше людей, чем это будет необходимо для осуществления прорыва, но оставлять кого-то с наблюдательностью Моффа в качестве свидетеля тоже представлялось ему плохой идеей. Нет, он подождет до прибытия на место и наступления того момента, когда появится Пайер. Две Кобры вместе заставят квасаман еще долго недоумевать, как же их пленник умудрился совершить побег.

Итак, он снова откинулся на спинку сиденья и старался запомнить путь автобуса по широким улицам Пурмы. Ему вспомнились рассказы отца о его собственных военных дорогах.

Полоска голой земли, которая дальше в северном направлении вливалась в поле аэропорта, здесь на юго-западной оконечности Солласа едва достигала шириной шестидесяти метров, но для Пайера, пока он пересекал ее, устремляясь к темнеющему за ней зданию, это служило небольшим утешением. Похоже, что в городе горело не так уж много огней, что на взгляд Пайера, возможно, было связано с еще одной уступкой мигрирующим бололинам. И пока он бежал, ему казалось, что за ним из темноты следили две тысячи глаз и тысячи ружий…

Но здания он достиг без происшествий и на минуту остановился в спасительной тени, чтобы продумать свой следующий шаг. Возвышавшееся рядом с ним четырехэтажное строение было сложено из кирпича. В течение нескольких недель перед началом миссии первые Кобры учили его, как взбираться по таким штукам вверх. Оказавшись на крыше, он, по идее, мог бы свободно перепрыгивать с одного здания на другое и так до тех пор, пока не достигнет относительно открытого пространства возле аэропорта.

Пайер взглянул на плоские стены сооружения. По идее. Большая часть улиц, которые ему предстояло пересечь, представляли собой широкие скоростные трассы для бололинов. Перепрыгнуть одну из них, бесспорно, было бы под силу его сервомоторам, но ему совсем не хотелось предпринять десяток таких рискованных прыжков.

Тут его слуха достиг слабый звук, послышавшийся из-за угла здания. Он поставил свои аудиоусилители на полную мощность и различил шарканье нескольких пар ног.

Подкравшись, Пайер осторожно заглянул за угол. В двухстах метрах от него на следующем перекрестке кружком стояла группа из шести квасаман. Они о чем-то тихо переговаривались. Он видел, как от группы отделилось три человека и целенаправленно двинулись по улице в его сторону.

Пайер отпрянул назад. На окраине Солласа он никак не ожидал наткнуться на караул, особенно, если учесть тот факт, что по мнению квасаман, все подозреваемые были взаперти и под наблюдением.

Если только, конечно, они обнаружили тех людей, которых он убил в лесу.

Он молча выругался. Со всеми этими событиями он совершенно забыл об этом вопиющем факте, с головой выдающем его присутствие. И сейчас с караулом, патрулирующим город на расстоянии прямой видимости друг от друга, у него не оставалось никакого другого выбора. Сомкнув пальцы вокруг кирпича, он начал карабкаться вверх.

Подъем ему предстоял долгий, и у Пайера совершенно не было опыта в такого рода вещах, но квасаманскому патрулю тоже особенно некуда было спешить, и он уже почти достиг крыши, когда те наконец появились на улице. Он, затаив дыхание, застыл на месте, но ни люди, ни моджои не посмотрели вверх. Спустя несколько секунд он продолжил подъем, принимая все меры, чтобы не издать ни малейшего шума.

Это, по всей видимости, и спасло ему жизнь. Достигнув низкого парапета, что шел вокруг крыши, он приподнял над ним голову и взгляд его встретился с глазами стоящего на коленях квасаманина на расстоянии не более трех метров от него. Руки человека были опущены в небольшую матерчатую сумку, которую тот держал перед собой.

От удивления рот и глаза человека широко распахнулись. Он еще силился извлечь пистолет, когда луч лазера из взлетевшей над парапетом руки Пайера пронзил грудь взмахнувшего крыльями моджои. Человек так и не успел вытащить пистолет из кобуры, когда вторая вспышка поразила его в то же место, и он тихо повалился набок, от изумления так и не произнеся ни единого звука.