— Что я говорил, видите, как удивлены мои подчиненные.
— Так ведь… — хотел, было ответить Зубов.
— А мы вот подумали и решили вернуться домой, — неожиданно произнесла Анна, — Как говорится, в гостях хорошо, а дома лучше.
— И как видите не зря. У вас тут оказывается ЧП, вот и пришлось, откликнуться на просьбу Льва Максимовича, и помочь, — поддержал её шутливый тон Михаил, чем окончательно смутил и без того ничего не понимающих сотрудников.
— Что, не ожидали? — бодрым голосом, и явно довольный произведенным эффектом, произнес полковник, — Вот так вот. Такие мы с вами. Все считаем, что народ у нас… короче сами знаете какой. А стоило только позвонить и попросить помощи и они тут как тут. Ладно, шутки шутками, а дело серьезное намечается. Поэтому быстро ввожу в курс дела, и начинаем работать.
Они засиделись у полковника еще на час, прежде чем Сомов подытожил беседу:
— Стало быть, расклад такой. Вы, — полковник указал на Михаила и Анну, — пытаетесь установить контакт с космическим кораблем инопланетян. Если это удастся, то о чем с ними говорить, вы имеете представление. Главное, не напирать в разговоре на имеющиеся у нас на Земле разногласия, а сконцентрировать их внимание именно на вопросе как можно быстрее забрать с Земли обломки корабля. Пусть у себя там занимаются его изучением. Параллельно мы направляем десант спецподразделения, на случай, если у вас ничего не получится. Команда уже собрана и ждет только приказа на вылет. Это конечно на крайний случай, так как что может произойти в случае, если мы успеем подойти к останкам корабля одновременно с американцами…
— Вы думаете, может быть, столкновение? — спросил Михаил.
— Не исключаю. Сами знаете, на карту поставлено слишком много, чтобы просто так отдать столь ценную информацию, которую можно узнать, заполучив останки внеземного корабля.
— Лев Максимович, а что если мы поступим иначе, — неожиданно произнес Михаил, — Анна начнет действовать, сообразно принятого решения и попытается установить связь с инопланетянами, а я полечу со спецподразделением в Арктику?
— А чем вы там можете им помочь? — спросил полковник.
— Трудно сказать чем, но возможно могу быть полезным, если дело коснется прямого противостояния.
— А что это мысль, — в задумчивости произнес Сомов.
— А это не опасно?
— Анна, все в нашей жизни опасно. Если мы решились, надо идти до конца и максимально использовать те возможности…, которыми обладаем.
— Молчу, но все же…
— Я буду максимально осторожен. И потом, ведь со мной будут специалисты, не так ли?
— Разумеется. А что это неплохая мысль, очень даже неплохая. Хорошо. Значит, так и поступим. Я срочно договариваюсь, чтобы вас включили в состав, спецгруппы. Через сколько вылет? — спросил он у Зубова.
— Насколько я в курсе, они готовы. Ждут указаний.
— Вы определились, кто из вас летит для координации действий от нас?
— Да, Вячеслав Николаевич.
— Ясно, кстати, Михаил Леонидович, не возражаете, если я в ваше отсутствие, подключу в помощь к Анне Максимовне майора Зубова? И вам спокойнее будет.
— Анна, ты как?
— Спасибо, я согласна.
— Отлично, тогда начинаем совместную работу.
Через час Горин и Воеводин уже были на подмосковном аэродроме и облачались в непривычные для обоих летные костюмы и примеряли спецназовские доспехи.
— А вы обращаться с автоматом умеете? — спросил Воеводин Михаила.
— Приходилось. Правда давно, еще в институте на военных сборах, но, по-моему, его конструкция не столь сильно претерпела изменения с тех пор, — и Михаил неожиданно ловко для самого себя и уж тем более для Воеводина, подсоединил магазин к автомату и передернул затвор, после чего поставил автомат на предохранитель.
— Как видите, кое-что в памяти сохранилось, и он подмигнул Воеводину, который покачал головой и произнес:
— Однако.
В комнату, где они одевались, заглянул молодой человек и произнес:
— Товарищ капитан, группа к вылету готова, через восемь минут вылетаем.
— Мы заканчиваем, сейчас будем.
Горин и Воеводин взяли белые маскировочные халаты и направились вслед за парнем. В ангаре, куда они вошли, стоял самолет, готовый к взлету. Команда из двадцати человек ожидала, когда все будут в сборе и можно идти на посадку в самолет. Задняя часть была открыта и внутренность самолета была хорошо видна, в том числе два больших контейнера.
— Что это? — спросил Михаил.
— Понятия не имею, думаю, что какая-нибудь техника. В дороге поинтересуемся.
Читать дальше