- Нет. Не знал.
- Это очень просто, Майерсон; я перенесу тебя в мир, где ты будешь гниющим трупом пса, которого переехала машина; подумай, какое настанет для тебя облегчение. Ты станешь мной; ты - это я, и Лео Булеро тебя убьет. Это и будет дохлый пес, Майерсон; это и будет труп в канаве.
"А я буду жить, - подумал он. - Вот мой дар для тебя, и помни, что gift - по-английски дар - по-немецки означает яд. Через несколько месяцев я позволю тебе умереть вместо меня, и будет установлен тот памятник на Сигме 14В, но я продолжу жизнь, в твоем теле. Когда ты вернешься с Марса, чтобы снова приступить к работе в Наборах П. П.", ты окажешься мной. Таким образом я избегну своей участи.
Это так просто".
- Ладно, Майерсон, - закончил он, утомленный разговором. - Вперед и с песней, как говорится. Можешь считать, что я тебя оставил в покое; мы больше не единый организм. Наши пути разойдутся, так, как ты этого хотел. Ты находишься на корабле Коннера Фримана, стартующем с Венеры, а я - снова в Чикен-Покс, у меня там небольшой огород, и в любой момент я могу пофлиртовать с Энн Хоуторн. Лично меня такая жизнь вполне устраивает. Надеюсь, тебе понравится и твоя.
В следующее мгновение он оказался на Марсе.
Он стоял в кухне своей квартирки в Чикен-Покс и жарил на сковородке местные грибы…, в воздухе чувствовался запах масла и приправ, а из комнаты доносились звуки симфонии Гайдна из магнитофона. "Все спокойно, - удовлетворенно подумал он. - Именно это мне и нужно; немного покоя и тишины. Все же я привык к этому там, в межзвездной пустоте".
Он зевнул, потянулся и сказал:
- Удалось.
Сидевшая в комнате Энн Хоуторн оторвалась от газеты с последними новостями информационного агентства ООН и спросила:
- Что удалось, Барни?
- Положить приправы в самый раз, - радостно сказал он. "Я - Палмер Элдрич, и я здесь, а не там. Я переживу нападение Лео и стану здесь наслаждаться жизнью, на что Барни не был способен. Посмотрим, как ему это понравится, когда орудия корабля Лео разнесут его корабль на атомы. Тогда он пожалеет о своем выборе".
Барни Майерсон зажмурился от падавшего сверху света. Мгновение спустя он понял, что находится на корабле; помещение выглядело как спальня, совмещенная с гостиной, но он заметил, что вся мебель тщательно привинчена к полу. Кроме того, сила тяжести была совершенно иной; создаваемая искусственно, она мало походила на земную.
Неподалеку он заметил иллюминатор, ненамного больше ячейки пчелиных сот, но за ним виднелась пустота, простиравшаяся за толстым пластиком. Он подошел и посмотрел. Большую часть обзора занимало ослепительное Солнце, и он потянулся к переключателю, чтобы включить фильтр. При этом он взглянул на свою руку. На свой искусственный, металлический, прекрасно работающий протез.
Он сразу же вышел из каюты и направился по коридору к закрытым дверям рубки управления; постучал стальными пальцами, и тяжелая перегородка отодвинулась в сторону.
- Да, мистер Элдрич? - спросил молодой пилот, уважительно кланяясь.
- Пошли радиограмму, - сказал он. Пилот достал ручку и поднес ее к блокноту, закрепленному на краю пульта.
- Кому, сэр?
- Мистеру Лео Булеро.
- Лео… Булеро, - быстро записал пилот. - Это надо передать на Землю, сэр? Если так, то…
- Нет. Он где-то здесь, на своем корабле. Передай ему… - Он замолчал и задумался.
- Вы хотите с ним поговорить, сэр?
- Я не хочу, чтобы он меня убил, - ответил он. - Именно это я собираюсь ему сказать. Тебя это тоже касается. И всех, кто, кроме нас, находится на борту этой огромной тихоходной жестянки.
"Это безнадежно, - подумал он. - Кто-то из организации Феликса Блау, предусмотрительно оказавшийся на Венере, видел меня на борту этого корабля; Лео знает, что я здесь. Это конец".
- Вы хотите сказать, что конкуренты готовы на все? - побледнев, удивленно спросил пилот.
Появилась Зоя, его дочь, в тирольской юбке и туфлях на меху.
- Что происходит?
- Поблизости находится Лео, - ответил он. - У него вооруженный корабль и поддержка ООН; мы попали в ловушку. Не надо было лететь на Венеру. Хепберн-Гилберт наверняка об этом знал. Попробуй связаться с Лео, - сказал он пилоту. - Я возвращаюсь в каюту.
"Я все равно ничем не могу себе помочь", - подумал он и направился к выходу.
- Черт побери, - выругался пилот, - поговорите же с ним.
Ведь это вы ему нужны.
Он встал с кресла, демонстративно покидая свое место. Барни Майерсон сел и, тихо вздохнув, настроил передатчик на частоту экстренной связи, взял микрофон и сказал:
Читать дальше